Кошка в сапожках и маркиз Людоед

А я поспешила к гостям, здороваясь со всеми, спрашивая как дела и как настроение, пожимая ручки, затянутые в перчатки, ручки в тёплых рукавичках и ручки без перчаток, шутила и улыбалась, стараясь подбодрить девиц, которые явно робели, оказавшись в замке.

- Сюда, пожалуйста, - говорила я весело, поднимаясь по лестнице, - весь третий этаж к нашим услугам. Марлен проводит, чтобы вы оставили шубки в дамской комнате. Располагайтесь, чувствуйте себя, как дома…

Девицы поднимались по лестнице, с любопытством оглядываясь, щебеча и хихикая, как и положено юным барышням.

- На третий этаж, прошу вас. За Марлен, будьте добры, - командовала я, чувствуя себя настоящим полководцем, затеявшим опасную и дерзкую вылазку в тыл противника. – Спасибо, что пришли… Рада вас видеть…

В какой-то момент я, скорее, почувствовала, чем услышала, как открылась дверь кабинета маркграфа.

Посмотрев через плечо, я увидела и его самого, и прикусила губу, чтобы не расхохотаться – таким ошарашенным выглядел господин маркиз."

"Девицы, заметив хозяина дома, делали книксены, хихикали, краснели, смущались, и плыли вверх по лестнице, стараясь выглядеть максимально изящно, а милорд Огрест провожал взглядом эту бесконечную вереницу в шубках, пелеринках, шляпках и шалях.

Когда он посмотрел на меня, в его взгляде я прочитала почти ужас и ободряюще кивнула, сделав приглашающий жест.

Бедняга милорд попятился и сбежал бы, наверное, но я нахмурилась и еле заметно покачала головой, указав на место возле себя.

Он затравленно оглянулся на спасительный кабинет, потёр подбородок, а потом подошёл, кивая и приветствуя девиц.

- Вы что устроили? – спросил он углом рта, когда поток гостей немного поредел.

- Сами же разрешили нам порепетировать в вашем прекрасном зале, - напомнила я ему, махая рукой ещё троим барышням, которые только что вошли.

- Я думал, речь лишь о барышне Миттеран и её подругах!

- Не забывайте улыбаться, - подсказала я, - иначе девушки подумают, что вы им не рады.

- А я – рад, по-вашему?!

- Божечки, - отмахнулась я, - три барышни, четыре, немного больше – какая разница?

- Немного больше?.

- Невежливо говорить о женщинах – «это», - укоризненно сказала я.

- Тут весь город, наверное? – спросил он, запуская пятерню в волосы. – Не верю, что это происходит!

- Не болтайте глупостей, - сказала я, одёргивая жилетку и поправляя воротничок блузки. – Приглашены только барышни.