Кошка в сапожках и маркиз Людоед

– Такая милая девочка, она мне так нравится, и она такая музыкальная… Если милорд не против, я могла бы позаниматься с Марлен, научить её играть на лютне. Лютня более популярна, чем мандолина…

- Марлен уже играет на тамбурине, - перебила я её щебет. – Проходите, прошу.

- Надеюсь, сегодня милорд не откажется выпить чаю в нашей компании, - Дайана улыбалась так сладко, что вполне могла бы заменить патоку в рождественском пудинге. – В прошлый раз нам было одиноко без вас. Не дайте нам заскучать сегодня.

Огрест снова промычал что-то непонятное, и я ответила я за него:

- Конечно, месье маркиз будет счастлив почаёвничать с нами.

- О нет! – воскликнула Дайана. – Мы не позволим вам скучать, милорд. Лично я приложу все усилия, чтобы вас развлечь.

- Благодарю, - выдавил Огрест, наконец-то, что-то членораздельное.

- Будем вас ждать, - барышня Миттеран бросила на него нежный и многозначительный взгляд из-под ресниц."

"- С нетерпением, - подхватила я, взяла под руку Ринальдину и начала подниматься по лестнице вместе с тремя барышнями, подталкивая их, чтобы шли быстрее, и сказала, обернувшись: - Месье Огрест, если ещё кто-то придёт, отправьте наверх, будьте любезны.

- Кто-то придёт? – тут же поинтересовалась Дайана. – Вы кого-то ждёте?

- Не знаю, - ответила я, беззаботно. – Возможно. Я ещё мало с кем знакома в этом городе.

Она не поняла, но насторожилась, как лисица во время облавы, когда услышала девичьи голоса и звон струн, и резко спросила:

- Что это?

- Гости, - я распахнула дверь зала, пропуская Дайану и её подруг.

Судя по тому, как Дайана поджала губы, миленьким наш оркестр ей не показался. Но барышня Миттеран очень быстро взяла себя в руки, и уже через секунду улыбалась и раздавала поцелуи направо и налево. С особенным чувством она облобызала Марлен, довольно сдержанно похвалила тамбурин и начала расхваливать игру на лютне – мол, только на лютне играют настоящие аристократки.

Я быстро пресекла эту болтовню, предложив Дайане сначала снять шубу и шапку и отогреть пальцы.

- Всякий инструмент хорош по-своему, - сказала я, усаживая Марлен на стульчик посредине девичьего цветника. – И её величество, к примеру, больше любит мандолину, чем лютню.

- Ну кто же может поспорить со вкусом её величества, - промурлыкала Дайана, награждая меня холодным взглядом.

Наконец, собрались все, и только тут я поняла, что переусердствовала в своём рвении.