Хмель свободы

А там його – вам на пять годов хватит.

– А ты откуда знаешь, шо у нас с патронами не густо? Вынюхал? У вас, большовыкив, шо, носы собачьи?

– Може, й собачьи. Мы не обидчиви… Наши хлопцы подсчиталы, шо пулеметы на тачанках вдвое больше жруть патронов.

– Це не секрет. С тачанки на глазок бьешь, – согласился Махно.

– Ну вот! Я тебе дело предлагаю. Поскольку вы, анархисты, дружескый нам народ.

Махно задумался. Довод о вооружении был весьма серьезный.

…На Совете одним из первых выступил Чубенко.

– Це просто сказать – Катеринослав! А без хитрости его не взять.

– Побеждает тот, хто бьет первый, – сказал Махно. – Но Чубенко прав, без хитрости через Днипро нам не переправиться. Я тут придумав кое-шо такое, шо ни один петлюровский доцент ни в одной книжке ще не вычитал…

– С тачанками налетим? – попытался угадать Щусь.

– Тачанка в городе шо мышь в крынке, – отрезал Махно. – Не туда думаешь, Федос!

– Ну, так и россказуй! Не тяны кота за яйца!

Глава двадцать четвертая

Уже через сутки махновское войско выступило на Екатеринослав.

– Батько Нестор Ивановыч, визьмить мого Васыля! – просила гуляйпольская баба, догнав тачанку с Махно. – Добрый солдат буде!

– Сколько ему?

– Шистнадцять.

– А винтовка есть?

– Берданка.

– И мого Петра! – кричала другая. – У нього шабля, а ружжо добуде.

– Люди нам нужни будуть, – подсказал Лашкевич. – Город велыкый…

– Главное, богатый, – усмехнулся Махно.

– Спасыби, батько. Мий не буде. Хиба шось в карман визьме. Маленьке!

Далеко по степи растянулись вереница людей и повозок. Первый большой поход Махно…

Еще задолго до рассвета почти тысячное войско остановилось близ Игрени.

Батько молча ходил вдоль стоявших в ряд на дороге телег. Никто не понимал, почему остановились, тихо переговаривались между собой, гадали.

– Батько диспозицию продумуе, – прошелестело по телегам. Мудреное слово успокаивало. Внушало уважение. С диспозицией-то уж точно победим!

На самом же деле Нестор ждал Кляйна, которого накануне отправил в Екатеринослав на разведку. Тот уже должен был его здесь ждать. Но его не было, и это нервировало батьку. Он верил в народную примету: если что в начале не заладится, не жди в конце удачи.