Карт-Бланш для Синей Бороды

– Ты плачешь?! Бланш, прости, я чем-то обидела тебя? – матушка испугалась и захлопотала, утирая мне слезы и обнимая.

Я не смогла удержаться и расплакалась, лишь качая головой, что ничего не смогу объяснить. Как в далеком детстве, я снова сидела на полу, уткнувшись в материнские колени, а матушка гладила меня по голове, больше ни о чём не расспрашивая, давая возможность выплакаться.

Когда граф и Гюнебрет вернулись за мной – румяные от мороза, весело смеющиеся, с покупками – новеньким арбалетом и дамским седлом, обтянутым красной кожей, я встретила их уже спокойной, попрощалась с матерью и села в сани рядом с моим мужем на год.

Слушая болтовню Гюнебрет, которая восхищалась покупками, мы с Аленом обменялись понимающими взглядами. Я была очень рада, что он примирился с дочерью, и что послушался моего совета насчёт подарка.

Сани ехали по Ренну медленно, и все прохожие кланялись нам, а экипажи спешили уступить дорогу. Знатные господа заговаривали первыми, желая доброго дня.

– Будет бал, вкусное угощение, – расписывала я, – а на следующий день – охота на лис. Приезжайте, повеселимся на славу.

– Мы посетим Конмор непременно, – заверила нас леди Чендлей. – Как весело проходит эта зима в Ренне!

Оглянувшись, я увидела, что они сразу развернули экипаж в торговые кварталы – несомненно, торопились заказать новые наряды.

Мы посетили ещё несколько домов, чтобы самолично передать приглашении, а потом остановились на площади.

– Там на наших санях не проехать, улица узкая, – сказал граф. – Прогуляйтесь пешком, тут недалеко. Пойти с вами?

Но я заверила, что мы с Гюнебрет справимся с покупкой шоколада и без него, а также сделаем заказ к празднику.

– Возьмите хотя бы слугу, – предложил де Конмор. – Он понесет покупки.

Но я отказалась и от сопровождающего. Мне хотелось пройтись вместе с Гюнебрет, чтобы окончательно увериться, что все недопонимания между нами исчезли.

Граф кивнул и остался возле саней, а мы с Гюнебрет держась под руку, отправились прямиком к лавке господина Маффино.

Прозвенел знакомый колокольчик, и я окунулась в привычное облако запахов – ванили, корицы и кардамона. Девиц на подхвате прибавилось, и господин Маффино важно указывал им, проверяя сладость миндальной массы, густоту теста и твердость цукатов.