Карт-Бланш для Синей Бороды

Мы разошлись спать после полуночи, а наутро нового года я вскочила с петухами, чтобы положить подарки под елку. Новогодние подношения должны быть приятным сюрпризом!

Я так увлеченно возилась со свертками, которые украсила цветами из лент, что заметила мужа лишь когда он остановился рядом.

– Чем это ты занята? – спросил он.

Едва не выронив подарок для Барбетты, я тихо засмеялась:

– Ну и напугали вы меня, милорд!"

"– А ты делала здесь что-то недозволенное?

– Нет, милорд. Просто раскладывала подарки.

– Подарки?

– Вот этот справа – ваш, – указала я пальцем.

– Подарок для меня? – казалось, он не мог понять моих слов.

– Подарок для вас, – подтвердила я, прохромала к ёлке и взяла увесистый сверток из парчовой ткани – синей с серебром.

Но мой муж даже попятился, будто я предложила ему погладить змею.

– Лучше я посмотрю его… потом… – сказал он.

– Позовите с собой Гюнебрет, – сказала я, поставив подарок обратно.

– Я бы поспорил, – пробормотал граф и громко добавил: – Пойдем-ка, провожу тебя до твоей комнаты. Кто знает, откуда ты решишь упасть в следующий раз.

Торжественное вручение подарков я устроила перед завтраком.

Раньше мы с матушкой и сёстрами целый год тайком друг от друга готовили подарки к новому году. Это были рукодельные вещички, не требующие денежных затрат, но какую радость они доставляли нам! Сейчас же всё было наоборот – подарки, что я приготовила, были изысканными и дорогими, но те, кому полагалось их получить, смотрели на меня не слишком радостно.

– Милорд, это для вас! – объявила я, и мой муж осторожно потянул серебристый шнурок.

Остальные наблюдали за ним в напряженном молчании, как будто граф тянул за хвост ядовитого гада.

Внутри обнаружился сундук-ковчежец, на стенках которого были изображены рыцари конные и пешие.

– Очень красиво, благодарю, – сказал граф, даже не делая попытки открыть ковчежец.

– Откройте его, – посоветовала я.

Он открыл, но внутри было пусто.

– Там какой-то секрет? – спросил де Конмор и осёкся.

От шкатулки исходил пряный аромат, и стоило открыть крышку – как запахло праздниками, радостью и повеяло теплом.

– Колдовство… – прошептала Барбетта.