Карт-Бланш для Синей Бороды

– Ну что вы, никакого колдовства, – я даже засмеялась. – Я положила за внутреннюю обивку палочку корицы. Теперь что бы вы ни хранили в этом ковчежце, всё будет напитываться приятным ароматом. А когда откроете – сразу вспомните новогодние праздники и тепло домашнего очага.

«И меня», – добавила я мысленно.

– Очень оригинально, – пробормотал граф.

– А это тебе, Гюнебрет, – я передала падчерице длинный узкий сверток. – К сожалению, я не знаю, что тебе может понравиться, но Барбетта говорила, что отец дарил тебе охотничью собаку, поэтому я подумала…

Вамбри застыла, как вкопанная, держа подарок и даже не пытаясь его развернуть.

– Ну же, – подтолкнул её граф. – Посмотри, что там.

Руки у девушки дрожали, когда она развязывала ленту. Ткань обёртки упала на пол, и вот уже Гюнебрет осторожно открывает крышку узкого футляра из синего бархата.

– Это кинжал королевы охоты, – пояснила я. – Он не перерубит гвоздя, но очень красив.

Подобным кинжалом признанная королева охоты давала знак покончить с раненой дичью.

– Прекрасный подарок, – попытался поддержать меня граф. – Вамбри с ума сходит по охоте. Правда, королевой её ни разу не признавали…

Швырнув футляр с кинжалом, Вамбри опрометью бросилась прочь. Так и не сказав ни слова.

– Наверное, я не угадала с подарком, – пробормотала я, подбирая брошенные вещи.

Граф промолчал, а Барбета и Пепе переглянулись.

– Что ж! – я постаралась улыбнуться. – Мне надо получше узнать Гюнебрет, чтобы не ошибиться в следующий раз. А это – подарок для вас, госпожа Барбетта.

– Для меня?!

– Для вас, моя милая, дорогая госпожа Барбетта! Если бы не вы, я никогда бы не справилась с таким огромным замком, – я почти насильно заставила её взять подарок.

Добрая женщина отказывалась, краснела и бледнела, и уверяла, что ей достаточно жалованья, и она не ищет никаких дополнительных милостей.

С огромным трудом мне удалось убедить её принять подарок.

Я приобрела для служанки сундучок с зеркалом, встроенным под крышку, и с удовольствием наблюдала, как она разворачивала подарок и ахала, восхищаясь тонкой работой резчика.

– И для вас, господин Пепе, – я взяла ещё один сверток из-под елки. – Вы служите милорду верой и правдой, поэтому примите это от нас обоих – на долгую, прекрасную память.