Изгой

Его заочно, по факту присутствия в нашей компании, причислили к лику героев и принялись тискать и лобызать со всей возможной приязнью.

Да уж, правильно заметил Федя: это была не очень хорошая идея.

Справиться с пьяной толпой было непросто, даже после того, как выключили музыку: чтобы объяснить суть происходящего, Лехе пришлось так орать, что он вконец охрип и чуть не сорвал голос.

Когда публика наконец-то притихла и расступилась, образовав некое подобие арены, Федя вытолкнул пленного на середину и напутствовал его:

– Бегать не надо.

Ленка двинула короткий, но прочувствованный спич:

– Вот эта рожа глумилась над русскими девчатами, записывала этот глум на видео и выкладывала в Сеть. Вы все видели эти ролики – всего их девять штук. В процессе этих развлечений он сломал трем девчонкам руки, одной – челюсть, а у последней, которую он шарахнул школьной доской – прямо в классе, кстати, – треснули ребра...

А, так вот это кто такой!

Толпа угрожающе загудела, задвигалась и тотчас же принялась излучать отчетливые флюиды ненависти к человеку, которого минуту назад она любвеобильно тискала в объятиях.

– Тихо! – призвала к порядку Ленка. – Мы не садисты и не будем им уподобляться. Мы постановили, что будет достаточно сломать ему обе руки. Вы знаете, это наша «фишка» – руки, которые творят зло, должны быть сломаны! Так что приступайте, он в полном вашем распоряжении...

Честно говоря, я опасался, что нам придется поработать миротворцами: сейчас толпа разом бросится, начнет дубасить пленного смертным боем, и нам придется спасать его, чтобы не забили насмерть.

Однако этого не произошло.

Леха растерянно баюкал в руках тяжелый прут – никто не тянул к нему вожделеющие ручонки, не пытался отнять силой и даже не попросил: а дай-ка, я попробую...

Парни стояли и молча переглядывались – никто не решался начать, тогда три девчонки (а, по-моему, это как раз те, что давеча скакали топлес!) с криками бросились к пленному, желая вцепиться в его роскошную шевелюру.

Из офисных парей нашелся только один, посмевший присоединиться к девичьему порыву: веснушчатый рыхлый толстяк неуклюже подскочил к Расулу, попробовал его ударить и, тотчас же получив в нос, спиной вперед вернулся в толпу.