Изгой

– Да-да, конечно, – Леха – совесть «движения», чувствовал себя вдрызг виноватым. – Сейчас же валим отсюда. Я прослежу, вы не сомневайтесь...

И мы ушли под гробовое молчание толпы: лишь сломанный пленник завывал на полу да пьяный сторож что-то радостно пел на родном языке нам вслед.

В итоге, как видите, получилось все скверно.

Зря мы вообще сюда вломились: пользы от этого никакой, да вдобавок испортили овцам праздник...

* * *Домой возвращались молча и сердито.

Федя был зол на всех подряд.

На Ленку.

На малодушных офисных бездельников.

На Борман-Рому.

В салоне пахло шоколадом и шампанским: наших юнг слегка мутило – оказывается, они на пару слопали здоровенный торт и таки запили шампанским.

– Да это ничего... – желчно заметил Федя. – «Десяточка», и все выветрится на хрен.

– Это брют был, – мученически сообщил Рома (Борман даже рот открыть постеснялся.) – Не шампанское – газировка.

– Да мне параллельно. Команда была «ни грамма спиртного». Значит – «десяточка»...

Ленка была задумчива и совсем не рада.

Похоже, она сожалела о том, что устроила незапланированное представление из рядовой акции. Получилось все глупо и неправильно: тоже мне, разыграли комедию, сорвались на людях, которые, в принципе, этого не заслуживают... Да, эти люди слабые и трусливые, но они хоть что-то делают, пусть и на зачаточном уровне, как-то участвуют, предпринимают какие-то попытки – в то время как вся страна вообще забила на это дело, а только и делает, что бухает и смотрит тупые сериалы.

В общем, нехорошо получилось. Мелко, неприятно, недостойно: ворвались к людям, которые в нас видят героев, поглумились над их чувствами, поставили в стойло и, вообще, все испортили.

Есть это у нас: умеем мы мастерски плюнуть в душу...

Приехали домой, помылись, собрались. Мы вяло поужинали, Борман-Рома вещи уложили – «тревожные мешки» в машину, мелочи разные, в том числе и трофейные стволы. Бросать здесь нельзя, по дороге надо будет выкинуть.

После ужина Федя дал команду: всем отдыхать.

Перед сном мы с Ленкой немного посидели на крылечке, посекретничали насчет перспектив моих отношений с Ириной.

Подъехал я к этой теме вполне на белом коне и в сияющих латах: рыцарски озаботился, что даже если не брать во внимание реальную угрозу со стороны наших супостатов, то карьера Ирины наверняка зависла на волоске. И что поступок ее с равным успехом можно считать как гражданским мужеством, так и самоубийственной акцией...