Я куплю тебе новую жизнь

"

"С*ка, не видел малолетку шестнадцать дней!

Кое-какой выход своим эмоциям Егор давал на ринге. Безмерная агрессия переполняла его, в нетерпеливом желании скрыть от других то, как кровоточило субтильное сердце Стального Волка. Из-за девчонки. Из-за его Сладкой Занозы.

Сильный удар Аравина, много яростней, чем должен быть на спарринге, рассек губу его партнеру Димке Прохорову. Тот одарил Егора свирепым взглядом и раздраженно утер струйку крови. Прямым ударом угодил Аравину в левую скулу.

Специально позвал сегодня именно Прохорова. Знал, что парень вспыльчивый. Впрочем, как и он сам в последнее время.

– Спокойней, парни! – негодующе закричал Натаныч у помоста ринга. – Не забывайте, пожалуйста, что вы без шлемов. Работаем на разогрев. Плавно.

Но в крови Егора уже неукротимо бродил адреналин.

Боль. Красный. Агрессия. На грани восприятия тушевались только эти ощущения.

У Аравина словно мозг отключился, и ему это понравилось. Наконец-то связь с разумом была нарушена.

Гул мыслей прервался. Он перерезал нужный проводок. Все неправильные чувства законсервировались внутри него. Затихли. На поверхность всплыли исключительно боевые инстинкты. Как же приятно было ощущать себя просто бесчувственным зверем.

– Так, стоп! – недовольно крикнул Щукин, но должной реакции боксеров не последовало.

Бой продолжался.

Аравин отбивал спарринг-партнера, словно кусок мяса перед жаркой. Не замечая, как Прохоров наносит ему ответные удары.

Егор практически не работал в блоке. Он хотел чувствовать адскую физическую боль. Которая бы до конца затмила собой ту бл*дскую душевную. И когда кровь хлынула из рассеченной брови, только кровожадно улыбнулся.

Мысленно хвалил Прохорова, ровно до того момента, когда тот решил отступить, прислушавшись-таки к крикам тренера. Рассерженный до предела, Аравин продолжал наступать.

Удар правой, затем сразу – левой, двойка, еще замах…

Пока Щукин, взобравшись на ринг, не схватил его за руку, грубо оттаскивая в сторону.

Аравин машинально вскинул кулак, в бессознательном порыве отмахнуться от наглой помехи.

– Етить твою налево, что ты творишь?

Только узнавая голос старого тренера, Егор перестал сопротивляться. Отошел. Раздраженно стянул перчатки, одну за одной. Выплюнул капу и, безразлично смахивая кровавые ручейки, быстро спустился с ринга.

– Что с тобой, Егор? – закричал ему в спину Щукин.