Я куплю тебе новую жизнь

«Я нравлюсь тебе?»

Стася даже не представляла, насколько сильно. Она подрывала его самообладание одним взглядом.

«Ты можешь намеренно причинить мне вред?»

Может, черт возьми, может! Он уже сделал это. Уголки губ Егора угнетенно опустились. И только два судорожных глотка воздуха распрямили линию рта.

«Какая же ты бесчувственная сволочь!» – кричало в его мозгу Стасиным звонким голосом. Почему же тогда ему так больно? Почему он словно в бреду от сжигающих дотла переживаний за эту маленькую занозу?

Она играла с ним.

Стася словно привязала его невидимыми цепями. Он злился, матерился, гремел сковывающими оковами, и все равно следовал за ней.

И только ли в ответственности было дело? Что он мог ответить себе, оставаясь честным? Отталкивал эти мысли, не давая определения своей эмоциональности.

Возле спортивного клуба пристально осматривал тротуар, вглядывался в прохожих. Один раз сердце почти остановилось, застыло камнем, когда заметил похожую фигурку.

В этот раз записку ему вручила улыбающаяся девушка со словами:

– Вам передали.

– Где она? – резко спросил Аравин.

Девушка беспечно двинула плечами, раздражая тем самым Егора еще больше.

– Уехала на такси.

– Давно?

– Да минут... тридцать уже прошло.

Не сказав больше ни слова, он развернулся и размашисто зашагал к машине.

Включив свет в салоне, развернул очередное послание: «Всегда не любила Крымский мост7.

Аравина попросту оглушило изнутри сдвоенным звериным криком. Кровь наотмашь ударила в голову. Все его нутро пропиталось ужасающей тревогой.

«Что же ты, бл*дь, творишь, Стася?» – он с силой ударил по рулю. И еще раз. И еще. Еще. Еще...

Затем внутри словно онемело все. Оцепенело. Атрофировалось. Забыло свои функциональные обязанности.

Некоторое время Егор не чувствовал абсолютно ничего. Это могло бы быть здорово, если бы не.

На автомате завел мотор, выехал на трассу, вливаясь в густые потоки дорожного движения. Бездумно, с леденящей пустотой в душе, ехал к тому мосту.

Он убит эмоциями, что Стася ему навязала. Он просто убит.

Прибыв на место, Егор оставил автомобиль возле парка Горького и стал подниматься на Крымский мост. Он, словно обреченный, медленно шагал по ступеням. Москва-река гнетуще шумела внизу, отдаляясь.