И буду век ему верна?

– Кто такой этот Шевелев?

– Тот самый тип, который так досаждал твоему Вадиму.

Все плывет перед глазами, я боюсь упасть в обморок.

– Мы легли в половине второго, – говорю я.

– Тебе не пора сматываться из этого бандитского логова?

Я слушаю короткие гудки, потом кубарем скатываюсь по лестнице. Распахиваю дверь в комнату Стаса. Он лежит на диване, телевизор включен. Стас лениво перещелкивает каналы. Поднимает голову.

– Где ты был ночью? – ору я.

– Пошла вон, – сквозь зубы произносит он.

– Где ты был? – Он вскакивает, мы стоим напротив друг друга.

 – Ты псих, чокнутый… Ты понимаешь, что делаешь? Тебя, в конце концов, посадят. Ненавижу тебя, ненавижу. – В этот момент до меня доходит, что я бью его по лицу, один раз, другой, третий. Тяжелым обручальным кольцом попадаю по губе, из нее течет кровь. Я ошалело замираю. Я никогда никого не могла бы ударить. Я так думала. – Господи, – говорю тихо. – Я не хочу жить.

Пятясь задом, я покидаю его комнату, он смотрит на меня, хмурится. Возле губ глубокие складки, кровь стекает по подбородку.

Я бегом поднимаюсь по лестнице, когда Стас меня догоняет. Его руки на моих плечах.

– Твоей сестрице очень хочется засадить меня в тюрьму, – говорит он. – Вот и все. Не знаю, что она выдумала на этот раз…"

"– Уйди, – прошу я. Он отступает. В своей комнате я выпиваю штук пять таблеток снотворного и падаю на кровать.

Вечером, когда возвращается Вадим, я жалуюсь на головную боль и остаюсь в спальне. Вадим забывает закрыть за собой дверь, я слышу, как внизу он спрашивает Стаса:

– Что у тебя с лицом?

– В гараже споткнулся.

Вадим задает еще вопрос, на этот раз тише. Я поднимаюсь и иду подслушивать. Теперь это для меня обычное дело. Я слышу голос Стаса.

– Твоя жена вовсе не так глупа. И не забывай, кто ее папочка. Слышал пословицу: яблоко от яблони…

– О чем ты?

– Я не уверен, что она будет на твоей стороне. Подумай об этом.

– Девчонке совершенно неинтересны наши дела…

– Да?

– Стас, я люблю ее. Не могу я без нее, просто не могу…

Я осторожно возвращаюсь в комнату.

На следующий день Вадим часа в два заезжает домой с работы. Я на веранде, делаю вид, что читаю книгу.

– Фенечка, я уезжаю в Москву.

– Как – в Москву? – растерянно спрашиваю я. – Надолго?

– Не знаю. Дней на пять, наверное. Как управлюсь. Собери мне вещи. – Я стою, разглядывая пол. – Фенечка, я попросил тебя собрать вещи.

– Вадим, – я хватаю его за руку, – возьми меня с собой, пожалуйста.

– Нет, Фенечка. Вернусь – съездим отдохнуть на недельку.