Единственные

- Ты спал тут? – ей тоже надо было что-то сказать.

- Прилег немного.

Богдан явно устал от разговоров взрослых и, возмущенно издав требовательный крик, ещё активнее попытался проникнуть в вырез майки."

"Наивно было надеяться, что Волгарский не переведет взгляд ниже…

- Малец хочет есть.

- Да.

- Так покорми.

И всё говорилось одной интонацией. Ласкающей. Что пробиралась под кожу и поднимала бурю в душе Русланы.

Создавалось впечатление, что Захар говорит об обыденном процессе. И раньше Лана с ним согласилась бы.

Раньше…

Волгарский считывал её мысли, никак иначе, потому что уже более хриплым, даже немного подначивающим тоном, заметил:

- Ты же уже кормила при мне. Вернее, при Макаре. Сейчас что-то изменилось?

Если бы разговор происходил не рано утром и не в спальне, чуть позже, когда Лана окончательно сбросила бы с себя оковы сна и уже не испытывала благодарности к Захару за то, что он пришёл ночью, она ответила бы, что да, изменилось.

Неделю назад Захар не смотрел на неё так, как смотрит сейчас.

В его взгляде не присутствовали оттенки, будоражащие ненужные, лишние мысли. Её отношение к мужчине не изменилось – она по-прежнему считала, что ей следует держать от него дистанцию.

Ну, так почему обнажить грудь – «титю» для Богданчика – стало проблемой?

Больше противореча себе и доказывая, что присутствие Захара Волгарского в её постели, вчерашние его слова и поцелуй абсолютно ничего не меняют, Руслана перевела внимание на сына, который капризничал всё сильнее. Возмутительное дело - мама рядом, запах молока присутствует, а ему не дают сладость!

Высвобождая набухшую грудь и подставляя сосок жадным губам сына, Руслана негромко спросила, не глядя на Захара:

- Нет, но какой твой резон? Смотреть на меня, кормящую?

- Ты, правда, не понимаешь, Лана?

- Посторонние взгляды меня смущают.

- Зато не смущают Богдана. Вон, как хорошо работает ртом.

- Мне нравится кормить.

Господи, что она несет?!

Что она делает?!

Руслана не была ханжой, и да, если требовали обстоятельства, могла спокойно покормить ребенка при посторонних людях.

Она знала, что очень многие выступают против подобного, но тут у каждого своя точка зрения и свой подход. Многие молодые мамы и вовсе отказываются от грудного вскармливания, чтобы не испортить грудь. Лана старалась кормить в укромных местах. В кафе, в парке не кормила. Было пару раз в больнице, в машине. Лана не старалась оголять грудь при первом требовании Богдана, но иногда ситуация требовала и таких поступков.