《Гойда》 (оригинал с Фикбука, слэш)

Лица разглядеть не мог за маскою, да всяко видел белизну кожи, на истинные чёрные локоны, припрятанные за накладными красными косами, что волочились едва ли не до самой земли.

Устремился Колычёв за нею в погоню, так и норовя ухватить беглянку, да всё прыти не хватало. Славный звон колокольчиков вторил сей беготне.

Не чурались в том игрище запрыгивать прямо на стол, сшибая в потехе своей посуду с кушаньем да питьём что на пол, что на колени пирующем. Ни у кого с того гневу не подымалось, лишь больше раззадоривало.

"За сею погоней с премногим интересом наблюдали многие опричники, прекрасно ведая, кто скрывается под маскою да сим расшитым летником. Особым лукавством ныне вспыхнули очи Иоанна. Краичий, обходя государя, было хотел наполнить царёв кубок, да владыка отказал в том жестом, не отводя взору от игривой погони.

Не меньше же любопытства преисполнился Афанасий, выжидая, когда же Колычёв прознает истину о ненаглядной своей.

Едва Иван настиг заветный образ сей, под маскою открылось лицо.

- Неужто нынче не мил я тебе? – усмехнулся Фёдор, поглаживая переливистые бусы свои.

Покуда Басманов обмахивался маскою, нагоняя к лицу, вспыхнувшему румянцем холодный воздух, Иван попятился назад, упершись спиною о стол, да ненароком задел рукою двое кубков. Едва чаши с питьём пали наземь, стольники метнулись заменить кубки, да вновь наполнить их сладкими винами из царских погребов.

Колычёва встретило улюлюкивание, притом то насмехались не токма опричники, но и кто из земских. Овчин же свёл брови, вглядываясь в лицо юного опричника. Бельский же глубоко вздохнул, да поглядел на чашу свою, опустевшую почти до самого дна.

- Это же чёрт этого, как его? – Овчин прищёлкнул рукой, пытаясь припомнить.

Ударив себя по лбу, точно в наказание за такое беспамятство, точно в бессилии, Димитрий указал на Басмана-отца, коий нынче с Сицким превесело испивали, да радовались застольным забавам.

Князь Бельский кивнул, сам даваясь диву, как разняться отец да сын.

- Басманов. – кивнул Иван Андреич, касаясь кубка своего.

- Точно, Басманов! – Овчина вдарил рукою о стол. - От ишь не стыдно ж Данилычу за эдакое?

- Ты же всего и не ведаешь… - тихо вздохнул Бельский.

Однако князь не услышал ответа друга своего, всё пытаясь примирить два образа, что никак не хотели сходиться в голове его, уж изрядно затуманенной испитым.