Его одержимость

В ушах набатом стучит сердце, испуганной птичкой почти разрывая грудину. Дыхание становится тяжелым, а тело ватным, словно силы покидают меня с каждой секундой. И в этом нет ничего удивительного. Пальцы скользят по моей потной коже, касаясь низа живота и кружа вокруг заветного бутона.

– Ммм, – не пойму даже, от чего сейчас мычу, и чего на самом деле хочу.

С одной стороны, тело желает Артура-изменника, с другой, какой-то левый мужик, казалось, знает все мои потайные эрогенные местечки, нажимая куда надо и даря порхающие моменты удовольствия.

– Вот так, звереныш, – практически рычит мужик сзади, а попкой я чувствую, как его вздыбленная освобожденная от трусов плоть упирается мне между ног.

Проворные пальцы касаются кнопки меж моих бедер и нажимают: то плавно, то медленно, то быстро. Ноги мои напрягаются, пальчики подгибаются, сама я без сил опускаюсь спиной на мужскую волосатую грудь. А затем мужик раскрывает мои лепестки, проходится вдоль них ребром ладони. Чувствую, насколько я влажная, а затем его палец медленно входит в мое лоно, раскрывая стенки и даря неземное наслаждение, отдающее током по нервам.

– Ах, – издаю нечленораздельные звуки, когда к его пальцу присоединяется второй, расширяя стенки моего влагалища.

Я окончательно теряю голову, сама прогибаю спинку и хочу заполучить внутрь кое-что совершенно другое.

– Ну же, – выдыхаю, а затем все прекращается.

– Что и требовалось доказать, – вдруг раздается голос Артура.

Я резко открываю глаза и дергаюсь, когда слышу полный злости и негодования голос мужчины.

– Что за черт! – рычу, глядя на него.

И тысяча мыслей проносится в моей голове. Если Артур только что ласкал меня, практически подводя к оргазму, то кто сейчас трудится над той дамочкой в его спальне?

Глава 12

– Ты! – рычу, тыкая пальцем в него, хватаю ртом воздух.

Он стоит и смотрит на меня наглым взглядом, в глубине его глаз будто бы презрение, но и похоть все еще тлеет, не гаснет, что и не удивительно.

– Шлюха, как есть, – верхняя губа его дергается, демонстрируя пренебрежение.

И это меня, как ни прискорбно, задевает.

– Кто бы говорил, – говорю, а затем осекаюсь, ведь все те мысли, которые я уже успела прокрутить в голове, с учетом открывшихся событий, совершенно не верны.