Его одержимость

Я мычу, не могу ничего сказать, во рту шарик, мешающий возмущаться.

– Не смей снимать до моего прихода, иначе… Будет порка, – кидает взгляд на кресло, где до сих пор лежит хлыст. – Все поняла?

Я смотрю на то, что лежит там, где он сидел, и представляю все в красках. И испуганно киваю. В общем, до самого вечера сижу взаперти, хотя дверь никто не закрывал, но мне страшно, вот только кляп я все же снимаю, это выше моих сил. Не думаю, что он узнает.

А вечером я слышу девичий смех. Выглядываю наружу, нарушая наказ Артура.

– Черт! Урод! – стону, бью кулаками по постели что есть сил, злюсь сама на себя за это дурацкое чувство, которое не было мне никогда свойственно. Ревность…

Пытаюсь держать себя в руках, не выходить. Меня не касается личная жизнь этого верзилы и гада. Но затем, когда слышу скрип кровати с соседней комнаты, меня захлестывает гнев.

Глава 11

Дверь комнаты, из которой доносятся шлепки, оказывается приоткрыта. Так что я оказываюсь свидетельницей секса Артура с этой… Швалью…

– Ах, еще, еще, сильнее, – женский голос неприятен мне, но, видимо, доставляет мужчине удовольствие.

Наблюдаю за тем, как мужские тугие ягодицы трудятся над женским телом. Член входит туго вперед-назад, яйца шлепают о чужую промежность. Девичьи красные ногти вцепляются в мужскую спину, пятки в ягодицы, от чего мужчина ускоряется и рычит, словно дикий зверь, которому доставляет удовольствие иметь эту самочку.

И вдруг чья-то ладонь закрывает мой рот и тянет мое тело на себя. Я хочу закричать, но чужая хватка так сильна, что не хватает сил, чтобы освободиться из чужого плена.

Меня оттаскивают от двери Артура, где он продолжает вдалбливаться в чужое покорное тело. Я пытаюсь лягаться, но этому смертнику хоть бы хны. И когда мы оказываемся в моей спальне, а другой рукой мучитель разрывает мою ночнушку, впервые холодок страха проходит по моей спине.

– Ммм, ммм, – пытаюсь укусить мужчину за ладонь, но челюсть сжата крепко, не разжать.

И тут чужие мужские пальцы касаются моих встопорщившихся сосков. Они напряжены, но не от страсти, а от холода из приоткрытого окна.

– Течешь, – тихий шепот, тон голоса не разобрать, слишком хрипло.

Да и не способна я на это в данный момент.