Дочь моего врага. Цвет горечавки

Ты смешаешь все в такой же пропорции, но добавишь туда ещё афродизиака, а сегодня вечером я подменю их духи на твои. По запаху они подмены не заметят, — ухмыльнулась блондинка. — Затем займёшься моим ароматом.

Мне ничего не оставалось, как поразившись коварству Кириаки, взяться за сложную тройную работу. Пока разыскивала в шкафах и раскладывала элементы на подносах и собирала в кулак свою порядком уже истощённую магию, спросила:

— А что ты будешь делать, когда духи с афродизиаком закончатся? — мне действительно было интересно.

— Дурочка, — Кириаки, которая помогала мне найти нужные цветы и травы, как-то даже ласково постучала меня по лбу. — Они не закончатся… Заклинание Восполнения — одно из первых, которому нас научили. Ах да, тебя-то не учили ему, у тебя магии не было… Когда духи будут подходить к концу, я просто буду наколдовывать себе новые, вот и все. А теперь давай, Горечь, поторапливайся! Нам нужно успеть замешать духи до того, как вернётся Джерт!

— Такие дела спешки не любят, — негромко ответила я и поднесла ладони к розе — ноте сердца первых духов — для Деспоины.

ГЛАВА 6. Незнакомец

Глубокой ночью я проснулась от того, что Кириаки осторожно трясет меня за плечо. Ложе Деспоины было пусто.

— Эй, Горечь, вставай! Сейчас мы узнаем, как подействовали твои духи! Пошли!

— Не хочу никуда идти, — пробурчала я. — Мне не нравится твоя затея!

— Пошли- пошли, Горечь! — Кириаки кинула в меня моей же туникой. — Мы теперь с тобой в одной лодке. К тому же, неужели не интересно, как подействовал афродизиак на Джерта?

Что-то в моей душе эта сумасшедшая действительно затронула.

Каково же было мое изумление, когда узкими коридорами и переходами Кириаки привела меня в тот самый тёмный коридор, к тому самому зарешеченному окошку, из-за которого я наблюдала за соитием Джерта и Эрлеа.

— Откуда ты знаешь, что Джерт и Деспоина там? — я изо всех сил старалась скрыть волнение.

— Ну, во-первых, за этой стеной находятся одни из покоев жреца… — протянула Кириаки и подставила под окошки этажерку, которую притащила с конца коридора. — А во вторых… думаешь, ты одна любишь подглядывать?

Кровь прилила к моим щекам. Хорошо ещё в коридоре было темно, и Кириаки не смогла бы разглядеть, как сильно я покраснела.

— Да ладно, не смущайся, Горечь, — блондинка вдруг пихнула меня в плечо.