Человек закона

Борден Чантри смотрел, как он уезжает, затем поднял прислоненную к притолоке винтовку.

Левой рукой взялся за чашку. Кофе в ней холодный. Он вылил содержимое, отнес чашку к раковине и плеснул из ведра воды, чтобы ее прополоскать, потом возвратился к двери. В воздухе висела пыль. Все тихо, солнце палит вовсю. Его аппалуза стоит на солнцепеке на трех ногах с опущенной головой.

Собака пискнула, и Чантри опустил руку ей на голову.

— В чем дело, старик? Где Эд?

Взяв старое ведро, он пошел к источнику и зачерпнул воды для своей лошади.

Пока конь пил, Чантри смотрел по сторонам. Лучше заглянуть в этот туннель. Он больше года не бывал в здешних краях, но Эд продолжал работать над своей шахтой, хотя бы время от времени. Может, он и сейчас там.

Когда лошадь напилась, он заново набрал воды для собаки. Плеснул немного в собачью миску и поставил остальное в тень. Затем с ружьем в руке зашагал по пологому откосу ко входу в туннель.

Рядом были разбросаны инструменты, в пустой жестянке раньше хранился черный порох.

Круги на земле показывали, где стояли еще по меньшей мере две такие банки. Чантри ступил в жерло туннеля и окликнул:

— Эд!

Нет ответа. Вообще никаких звуков. Еще шаг.

— Эд! Ты здесь? Это Чантри!

Молчание… Но подожди, там, где почти ничего не видно, в темноте, куда не доходит свет… вроде бы виден сапог?

Он двинулся вперед, налетел лодыжкой на проволоку — или это веревка? — и, уже падая, понял, что случилось. Взрыв распластал его на полу туннеля. Огромной мощности удар, усиленный эхом в замкнутой шахте, казалось, разломил гору надвое.

Затем последовали треск расщепляющегося крепежа, тарахтенье камней, шорох песка и щебня. Наконец наступила пропитанная пылью тишина.

Чантри лежал. В полной неподвижности, в полном сознании. С обостренными до предела чувствами ждал, пока осядет медленно опускающаяся пыль, стечет вниз последний ручеек щебенки.

Ему приготовили ловушку, и он в нее попался. Теперь вот он замурован. Погребен заживо.

Или что-нибудь придумает, или может считать себя покойником.

Чантри отжался от пола и поднялся на колени. Кругом — сплошь острые камни, несколько расплющенных деревянных брусьев. Он встал; с ног посыпались камни и глина. Нагнувшись, пошарил вокруг и нашел свое ружье.

В глубине рудника стояла полная чернота. Вход закрыт наглухо: свет не проникает совсем. А раз света нет нисколечко, он не станет лучше видеть. Как бы долго здесь ни находился.

А свет нужен отчаянно. Чантри принялся рыться в карманах, отыскивая спички.