#8-Дань Псам

***

Сигналы тревоги раздавались на неровной границе районов Дару и Приозерного; Баратол, тащивший Чаура за руку, словно ребенка-великана, успел миновать шесть улиц. Они разминулись с несколькими патрулями, но приказы еще не успели догнать беглецов - хотя было очевидным, что уйти бесследно не получилось. Стражники и прохожие легко припомнят встречу с двумя здоровенными иноземцами - один ониксовый, другой оттенка дубленой кожи - которые торопливо шли куда-то.

Баратолу пришлось оставить всякие попытки маскироваться.

Чаур всю дорогу завывал с пылким негодованием впервые высеченного ребенка - ребенка, пораженного страшным открытием: не все поступки одобряются любящими родителями и сталкивать, к примеру, брата с утеса почему-то не дозволено.

Он пытался успокоить Чаура, но тот, хоть и дурачок, легко уловил оттенок неодобрения в голосе, тем более Баратол не особенно и старался скрыть неодобрение - что же, он имел на это право, он был потрясен внезапностью событий! - и теперь громадное дитя будет голосить до полного изнеможения, а изнеможение наступит ох как нескоро…

В двух улицах до гавани трое стражников в тридцати шагах позади них внезапно разразились криками; охота пошла по - серьезному.

К удивлению Баратола, Чаур вдруг замолчал. Кузнец на бегу подтащил его поближе. - Чаур, слушай. Иди назад на корабль - понял? Назад на корабль, к леди, понял? Назад к Злобе - она тебя спрячет. На корабль, Чаур, понял?

Чаур Кивнул. Глаза его были красными, по щекам текли слезы, лицо опухло.

Баратол толкнул его: - Иди один - я тебя догоню. Иди!

И Чаур пошел, пошатываясь и расталкивая людей, пока перед ним словно чудом не открылся проход.

Баратол повернулся, готовясь задать взбучку троим стражникам. Нужно дать Чауру хоть сколько - то времени…

Он управлялся вполне успешно - кулаки и сапоги, локти и колени - и если бы не прибывшие подкрепления, он остался бы победителем. Шестерых на одного оказалось слишком много, и его повалили на землю, забили почти до потери сознания.

Случайная мысль проплыла сквозь миазмы боли и смятения, пока его тащили в ближайшую каталажку. Он уже видывал камеры. Там не так уж плохо, пока дело не доходит до пыток. Да он мог бы устраивать экскурсии по тюрьмам - из страны в страну, с континента на континент. А всего - то хотелось основать кузницу без разрешения местной Гильдии.

Что может быть проще?

Затем обрывки размышлений уплыли и его, хотя бы на время, благословило забытье.