1984, Торговец забвением

- В будущем году он может показать лучшие результаты, - попытался утешить его я. - Разве вы не собираетесь оставить его? Может, все же стоит попробовать?

Окни покачал головой."

"- На той неделе пойдет с торгов. Я очень хотел выиграть сегодня, чтоб поднять цену. Джек знал… - снова явный оттенок неудовольствия в голосе. - Ларри Трент мог бы его взять внаем. Вроде бы он считал, что задор у лошадей может вернуться с окончанием роста, но я рисковать не желаю. Продаю, а потом покупаю однолеток, вот моя политика. Каждый год новые скакуны.

- Получается, у вас почти нет времени привязаться к ним, - нейтральным тоном заметил я.

- Это верно, - кивнул он. - Стоит начать распускать сантименты, и денежки твои, считай, вылетели в трубу.

Я вспомнил, с какой любовью и нежностью относился отец к своим лошадям. Как бережно и внимательно ухажившг за каждой на протяжении многих лет, как научился понимать каждое их движение. И особенно любил ту лошадь, которая в конце концов его и погубила.

- Этот чертов жокей послал его вперед слишком поздно, - заметил Окни, впрочем, достаточно беззлобно. - У лошади были еще резервы, даже в конце. Сами видели. Если б он отпустил его раньше…

- Ну, трудно сказать, - протянул я.

- Я же говорил ему, не тяни! Я же говорил!

- Ты говорил, чтоб он не бил лошадь, - спокойно заметила Изабелла. - Одно другому явно противоречит, Окни.

Но Окни и ухом не повел. Сидя за бутербродами, сыром и тарталетками с клубникой, он методично, шаг за шагом, разбирал и анализировал забег - по большей части с неодобрением. Мои уверения, что у жеребца присутствует бойцовский дух, были приняты. Лепет Флоры в защиту жокея отвергнут. Мне изрядно поднадоел весь этот цирк, и я начал подумывать, как бы поскорей отправиться домой.

В дверях снова возникла официантка. Спросила у Окни, не надо ли чего еще. Тот ответил, да, надо, ещё одну бутылку джина.

- Только сперва убедитесь, что это «Сигремс», - проворчал он. Официантка кивнула и скрылась, а он обратился ко мне: - Я заказываю «Сигремс» только для того, чтоб доставить этим жуликам лишние хлопоты. Если не сказать, какой джин, приволокут Бог знает что! Дерут такие бессовестные деньги!… Нет уж, я их заставлю побегать, за свои-то денежки!…

На лицах Флоры и Изабеллы застыли одинаковые выражения - несколько болезненной покорности.