1941. Время кровавых псов

 – Обидно немного… Я последние годы стрелял из стадвадцатидвухмиллиметровых гаубиц… Сейчас у меня – стотридцатидвухмиллиметровые установки… а чуть не помер от семь шестьдесят два… Обидно?

– Справедливо, – серьезно ответил Егоров. – Еще справедливее было бы, если бы пуля попала прямо в лоб.

– Серьезно? И тогда получилось бы, что смерть этих людей, – Сличенко открыл глаза и посмотрел на тела убитых, – их смерть была бы вообще бессмысленна. Твою мать…

– Все-все, я уже завязал. – Егоров выпрямился, уперев руки в поясницу.

– Если вам не трудно – помогите. Если буду орать – не обращайте внимания. Я вообще плохо переношу боль… – Сличенко поднял правую руку и посмотрел на Егорова.

Тот вначале не понял, что от него требуется, потом сообразил и помог капитану подняться.

– Значит, гимнастерку… – выдохнул Сличенко.

На висках у него выступили капельки пота, лицо побледнело. Наверное, капитан и в самом деле плохо переносит боль, подумал Егоров, но сейчас держится вполне пристойно.

Удар или толчок – ты удивленно смотришь на дырку в своей шинели, потом оттуда – из отверстия в одежде – вдруг появляется кровь, и ты успеваешь вначале почувствовать досаду по поводу испорченной вещи, потом – жалость к себе самому и только потом – боль.

Во всяком случае, так было с Егоровым. И еще военинженер помнил, что орал, ничуть не стесняясь, корчился на земле, пока ему делали перевязку.

Так что капитан держался молодцом. И когда Егоров натягивал ему на руку гимнастерку поверх повязки, только замычал что-то нечленораздельное. И побледнел, словно собирался падать в обморок."

"– Все нормально. – Егоров на всякий случай схватил капитана под руку, и тот оттолкнул его не сразу – стоял с минуту, приходя в себя.

Над лесом низко пролетел самолет. Егоров поднял голову, но рассмотреть не успел.

– Бомбардировщик «Ю-87», – сказал Сличенко. – Пикирующий бомбардировщик. Рано что-то они…

– Наступление.

– Прорыв, Артем Егорович. Прорыв… – невесело засмеялся Сличенко. – Очередной. Похоже, мы с вами можем оказаться в окружении. Вы никогда не попадали в окружение? Это очень забавно, а иногда даже и поучительно.