Золотая дева

Девочка, насквозь промерзшая, сидела на детской площадке и горько, безнадежно плакала.

– Господи, как ты нас напугала! – выдохнула мама.

– Пошли домой, Маша! – тихо произнес отец.

А она смахнула с глаз злые слезы и твердо произнесла:

– Не пойду. У меня теперь нет дома…

– Что за ерунду ты говоришь, Мария, – начала заводиться мама.

Отец же просто скинул с плеч дубленку, завернул в нее дочь. Девочка попыталась вырваться, но от овечьей шерсти по телу сразу же разлилось приятное тепло, и пахло от папиной одежды чем-то настолько родным…

И она заплакала еще пуще.

– Мы виноваты перед тобой, Маша. Мы должны были рассказать тебе раньше. Но и ты нас пойми: мы действительно хотели как лучше.

Девочка упрямо помотала головой. Выкрикнула:

– Вы обманывали меня.

– Нет, – возразил он. – Мы просто считали тебя своей родной дочерью. Единственной. Самой дорогой и самой лучшей…

– Мы ведь по всей стране тебя искали… – подхватила мама. – Знаешь, скольких девочек пересмотрели? Жалели их, сочувствовали, но сердце так и не дрогнуло.

– А приехали в Сочи и только увидели тебя – сразу поняли: это она. Наша дочь, – закончил отец.

Мама тоже сквозь слезы улыбнулась и добавила:

– Помнишь нашу кошку? Когда она на даче котят родила? И к ней еще один прибился, чужой? Ну, тот, рыженький с белыми лапками! Она ведь его даже больше, чем своих родных, любила. Вылизывала чаще всех и защищала всегда…

– Но того котенка никто не искал, – вздохнула Маша.

Родители переглянулись.

– Ты так думаешь? – усмехнулся отец.

А мать запальчиво произнесла:

– Да той девчонке всего семнадцать лет было! И она даже не знала, от кого тебя родила! И отказаться от тебя решила сразу. Уже в родзале, когда ей ребенка хотели показать, отвернулась и сказала, что смотреть не хочет. И даже имя тебе отказалась давать – его медсестры придумали. А на следующий день написала отказную…

– Неправда. Вы меня обманываете. Опять. – Маша с вызовом взглянула на родителей.

– Твоя, так сказать, мама… выписалась из роддома на третий день. А тебя перевели – одну! – в детскую больницу, – горячо продолжил отец. – И там ты почти четыре месяца провела. И все время у этой женщины оставался шанс аннулировать отказную. Забрать тебя домой. Это возможно, пока нет решения суда об удочерении. Но она даже ни разу не заглянула к тебе. Не позвонила узнать, как у тебя дела…

– Все равно я ее найду, – упрямо повторила Маша.