Золотая лилия

Со времени нашей последней встречи у Тома прибавилось морщин, а взгляд голубых глаз сделался тревожным, что прежде было ему не свойственно. Дарнелл занимал значительное положите среди алхимиков и заслужил свою высокую позицию благодаря решительности в поступках и безупречной рабочей этике. Когда я была помладше, Том казался мне энергичным, уверенным и вообще внушал благоговение. Теперь он словно боялся меня, что было совершенно бессмысленно с его стороны. Но, в конце концов, именно из-за моих стараний алхимики арестовали его сына.

— Я очень признателен тебе за то, что ты согласилась прибыть сюда, — добавил Том после затянувшегося неловкого молчания. — Ты проделала долгий путь, да еще в выходные.

— Ничего страшного, сэр, — отозвалась я. стараясь говорить уверенно. — В любом случае… рада помочь вам. — Но я до сих пор не очень понимала, в чем же цель моего прибытия в бункер.

Том несколько мгновений изучающе глядел на меня» потом кивнул.

— Ты очень предана делу. — сказал он. — Совсем как твой отец.

Теперь мне ответить было нечего. Я знала, он хотел сделать мне приятное, но не могла воспринимать его слова как похвалу.

Том кашлянул:

— Ладно. Покончим с этим. Я вовсе не хочу причинять тебе дополнительные неудобства.

И снова я уловила нервные, но почтительные флюиды. С чего он вдруг стал настолько щепетильно относиться к моим чувствам? После того что я сделала с его сыном, Китом, я ожидала гнева или обвинений. Дарнелл открыл передо мной дверь и жестом пригласил пройти первой.

— Можно мне взять с собой кофе, сэр?

— Разумеется.

Том вывел меня обратно в бетонный коридор. Я вцепилась в стаканчик обеими руками — так испуганный ребенок хватается за свое одеяло. Мне было гораздо страшнее, чем в тот момент, когда я только пошла в бункер. Дарнелл миновал несколько дверей и остановился у той, на которой горел красный огонек, но прежде чем открыть ее, помедлил.

— Я хочу, чтобы ты знала… ты поступила очень храбро, — произнес он, стараясь не смотреть мне в глаза.

Кстати, мы с Китом никогда не были друзьями, но, пожалуй, я могла понять ошибку Тома. Его сын провел лето у нас дома, а позднее мы вместе сотрудничали в Палм-Спрингсе. И мне совершенно не представляло труда доложить начальству о преступлениях Кита. Я даже получила удовольствие.