Женщины Цезаря

«Проблема в том, – думала она, – что мы трое так мало похожи друг на друга!»

Мать Юлии умерла, когда ей только-только исполнилось семь лет, так что все годы ее взросления Аврелия являлась для нее одновременно и матерью и бабушкой. Не очень доступная, вечно занятая и строгая, Аврелия тем не менее дала Юлии то, в чем дети нуждаются больше всего, – уверенность в собственной безопасности и дружбу. Хотя Аврелия редко смеялась, она была остроумной и могла пошутить в самый неподходящий момент. Она считала, что и у Юлии есть чувство юмора, потому что Юлия любила смеяться.

– Нет смысла желать другого или лучшего мира, – постоянно твердила Аврелия. – Этот мир – единственный, что у нас есть, и мы должны жить в нем по возможности счастливо и с удовольствием.

Цезарь был совсем не похож на свою мать – общей была у них только твердость характера, – и Юлия знала, что при малейшей провокации между ними возникают трения. Но для дочери Цезарь был началом и концом того мира, принимать который учила ее Аврелия: не бог, но определенно герой. Никто в глазах Юлии не был таким безупречным, как ее отец, таким выдающимся, таким образованным, таким остроумным, таким красивым, таким идеальным, таким римлянином.

– У Цезаря есть серьезная причина отдалиться от нас, – вдруг сказала Аврелия, останавливаясь.

– И даже, может быть, – оживилась Юлия, – это не имеет ничего общего с тем, что беспокоит нас.

Блеснула красивая улыбка Аврелии.

– Ты с каждым днем становишься все более проницательной, Юлия. Да, да, это так.

– Тогда, бабушка, пока он занят, я поговорю с тобой.