Желая тебя

— Неужели скряга-консьерж снабдил тебя только одним презервативом?

— Нет.

Девушка наклонилась вперед и, прежде чем поцеловать его, вдохнула терпкий запах, а затем лизнула гладкую грудь. Вкус был пряным и абсолютно мужским. Она просто не могла отказать себе в удовольствии провести более обширные изыскания губами и языком. Мускулы его груди были тверже камня, а соски, которые в темноте отыскали ее любопытные губы, — очень маленькими. Она обвела один из них язычком, а потом игриво прикусила.

Даниэль издал стон умирающего грешника, которому на смертном одре на секунду открылись небеса, и тут же под ногами разверзлась сама преисподняя.

— Остановись.

— Не хочу.

— Если ты не остановишься, я снова окажусь глубоко в тебе.

— Думаешь меня этим испугать? — Джози хотелось — нет, она испытывала безумную потребность — ощутить его глубоко в себе тем единственным способом, который никогда не будет предоставлен другому мужчине.

— Тебе будет больно.

— Не думаю.

— Сегодня ночью ты впервые занималась сексом. Там все воспалено.

— Почему бы нам не попробовать? Тогда и узнаем наверняка.

Тело Даниэля предательски напряглось в предвкушении:

— Нет.

— Да не будь таким праведником. Женщинам, даже бывшим девственницам, разрешено заниматься любовью больше, чем раз в столетие.

— Я не хочу причинить тебе боль.

— И не причинишь. Дотронься до меня, и сам поймешь, насколько там все влажно и готово принять тебя.

— Черт побери… — простонал Даниэль, но все же повернул кисть так, чтобы пальцы могли исследовать ее лоно.

— Ну? — спросила Джози, затаив дыхание, а тело уже трепетало от ласковых прикосновений.

Даниэль погрузил в нее один палец и осторожно пошевелил:

— Так больно? — Звук глухого, слегка осипшего голоса вызвал в теле девушки новую волну чувственной дрожи, ничуть не меньшую, чем от его умелых ласк.

— Боль — последнее, о чем я сейчас думаю.

— Ты, правда, уверена?

Отдавая должное его беспокойству, Джози, тем не менее, не хотела, чтобы оно мешало им дарить друг другу невероятную радость любовных ласк как можно чаще, пока продолжаются их отношения.

— Абсолютно.