Желая тебя

* * *Джози проснулась, ощущая рядом с собой жар и твердые мускулы. В комнате было темно: тяжелые портьеры на окнах не пропускали ничего, кроме неясных отблесков от света уличных фонарей. Она с трудом смогла разглядеть лишь темный силуэт трюмо у дальней стены, на котором стоял, фактически занимая всю поверхность, огромный букет роз. Джози, до сих пор ощущала их сладкий дурманящий аромат, но запах Даниэля стал теперь для нее более соблазнительным."

"Аромат мужчины и женщины, их любовных ласк, окутывал ее, даря ощущение близости, которой Джози не знала прежде.

Мужчина шумно вдохнул, будто пропустив удар в грудь, а его тяжелая рука легла на женское бедро, удерживая от дальнейшего движения. Неужели, Даниэль думал, что она спит?

Джози вывернулась из-под его руки и, быстро повернувшись, оказалась с ним лицом к лицу.

По мощному телу Даниэля прокатилась волна дрожи, вызвав новый, более громкий, стон.

Джози вглядывалась в кромешную темноту, но не смогла разобрать ничего, кроме смутного очертания его головы:

— Привет.

— Привет, — голос Даниэля звучал прерывисто.

— Я заметила, что ты не спишь.

— Я проснулся еще час назад.

Джози просунула руку между их телами и сомкнула пальцы вокруг его восставшей, напряженной плоти.

— Вот как?

— Да.

— Почему же ты не разбудил меня? — спросила девушка и уверенно заскользила рукой по пенису, удивляясь тому, что кожа здесь была нежной, как бархат, и очень горячей.

Сильная рука обхватила ее тонкое запястье.

— Остановись.

— Почему? — спросила она снова.

— Ты заставляешь меня терять контроль.

Учитывая, что не так давно Даниэль позаботился, скорее, о ее комфорте, нежели об утолении собственного желания, Джози была уверена, что потеря самоконтроля вряд ли ему угрожает.

— Неужели?

— Да.

— Вот и хорошо.

— Нет, мы не можем…

— Не понимаю, почему — Она больше не девственница и может вести себя более необузданно. На самом деле, Джози с нетерпением ждала этого, надеясь, что теперь-то будет не единственной, кто утрачивал всякую связь с реальностью, когда они занимались любовью.

— Прямо сейчас мы не можем заняться сексом.