Загадка туристического агентства

Неизвестно, чем бы все это обернулось, не покажись из подъезда Олег с сумкой, в каких перевозят товар челноки.

— Коллеги, нам пора, — сменил гнев на милость Женька. — Наслаждайтесь своей помойкой. Мы на нее больше не претендуем.

Высокий бомж с большим интересом уставился как на Олега, так и на сумку в его руках.

— Никак квартиру взяли, коллега? — полюбопытствовал он.

Олег только сейчас заметил, что полку бомжей прибыло, и в полном недоумении посмотрел на друзей.

— Милостивый государь, — вдруг мрачно проговорил Темыч.

— На это, — в свою очередь указал на «челночную» сумку высокий бомж, — наша с Михаилом Афанасьевичем конвенция не распространяется.

И оба настоящих бомжа стали сосредоточенно рыться в помойке.

— Ты о какой конвенции с этими бомжами говорил? — поинтересовался Олег у Темыча, когда ребята уже свернули на Большую Спасскую.

— Это не я, а он о конвенции говорил, — внес ясность Тема.

— Откуда он вообще такое слово знает, — изумился Олег.

— Сами удивляемся, — пожал плечами Пашков. — Он даже слово «инцидент» правильно произносит. Без лишнего «н».

— Дела-а, — протянул Олег.

— По-моему, он раньше был вполне образованным человеком, — сказал Темыч.

— Чего только в нашем городе не увидишь, — усмехнулся Олег.

— Пошли ко мне и переоденемся, — поторопил Женька. — У меня уже от уникального состава Валькирии морда чешется.

— У меня, между прочим, тоже чесалась, — признался Олег.

— Оно и видно, что чесалось, — посмотрел на него Темыч. — У тебя все лицо в красных пятнах.

— Сильно? — заволновался Олег.

— Не очень, — успокоил его Женька. — Я тебе дома дам чем-нибудь помазать.

— А у меня ничего не чешется, — сообщил Пашков. — И вообще* я даже согрелся.

— Может, навсегда бомжем останешься? — под-. мигнул другу Олег.

— Навсегда не останусь, — возразил Лешка. — Но еще немного побыть не мешает.

— Зачем? — друзья поняли, что он что-то задумал.

— Хочу пройтись вокруг школы, — объяснил Пашков. — В таком виде меня там вряд ли кто-нибудь признает.

— Даже наши девчонки, — кивнули остальные.

— Ну! — заблестели глаза у Пашкова. — Я чего думаю, — на всякий случай понизил голос он. — Вдруг этот тип, как вчера, поджидает Машку после уроков?

— А даже если и так, — ничуть не воодушевился Темыч. — Пусть себе померзнет. Машки-то все равно там нет.

— Скучный ты человек, — осуждающе произнес Пашков.