Восточное наследство

— Пока так же. Сипит. От врача отказалась.

Бабушка с Лидой лечат ее травками, — ответил Сева.

Ерожин объяснил, что боится пропустить день рождения Нади и оставить ее без подарка, надо знать точное число.

— Откуда я знаю, сейчас, спрошу у Ивана Вячеславовича, — растерялся Кроткий.

— Ты своей жены день рождения знаешь? — допытывался Ерожин.

— Своей, конечно, знаю. В августе. Двадцатого. При чем тут Надя?

— Если предположить, что они родились в один день, число можно вычислить, — рассмеялся Ерожин.

— Совсем из ума выжил.

Меня тут на диете держат, — пожаловался Кроткий.

Ерожин отключил мобильный телефон и принялся подсчитывать.

— г-Деньги считаете? — поинтересовался Дима.

— Скажи, женщины всегда девять месяцев ребенка вынашивают? — не обращая внимания на вопрос Вязова, спросил Ерожин.

— Бывает, семимесячных рожают, — со знанием дела сообщил Дима. Ему жена три месяца назад подарила сына, и он имел большой объем информации по данному вопросу.

— А больше девяти бывает? — продолжал допрос Ерожин.

— У слоних, кажется, бывает, а у женщин не слыхал. — Вязов на полном серьезе стал размышлять над вопросом Петра Григорьевича. — Точно, больше девяти не могут. Плод созреет и начнет там такое творить. Не приведи Господи!

— Тринадцать месяцев! — восторженно крикнул Ерожин.

Дима вытаращил глаза.

— Женщина — тринадцать месяцев?!

— Нет, у меня тут свои подсчеты."

"Дима замолчал и, на всякий случай, решил с подполковником быть поосторожнее.

Судя по всему, те не хотят бесплатно, а Гарику не хочется платить. Он желает обойтись своим обаянием.

В половине десятого вечера Саркисов вышел с тощей размазанной девчонкой и повел ее к «Хонде».

— Нашел, — буркнул Дима, заводя движок.

— Сговорились, — подтвердил Маслов, усаживаясь в машину.

По дороге пытались прослушать разговор Саркисова с его новой подругой.

— Чем я хуже? — допытывался Гарик.

— Ты не Газманов, — объясняла девица и напряженно хихикала.

— Вот дура, — не выдержал Дима, стараясь держать дистанцию, укрываясь в потоке.

— Это мы еще поглядим, — философски заметил Маслов.

Ерожин в дискуссии участия не принял.