Восточное наследство

Правда, дальше майора он не вырос.

Козлов не жаловался. Прекрасно говоря по-узбекски, он имел среди них много приятелей и ущербности не ощущал. Однако по России тосковал и старался следить за кремлевскими преобразованиями.

— Мы еще поболтаем, — поняв тоску Козлова по московским сплетням, пообещал Ерожин, — а пока помоги с растениями.

— Очень срочно? — поинтересовался Козлов. — А то рабочий день кончился. Я уже одной ногой дома. Лабораторию закрыл.

— Хотелось бы сегодня, — признался Ерожин.

— Земляку не откажешь, — улыбнулся Степан Павлович и, забрав пакет, отправился открывать свое лабораторное хозяйство.

Шофера автобуса привели быстро. Он сегодня на линию не выходил, чинил коробку передач, и Мухобад нашла его в гараже базы.

Молодой сутулый мрачный узбек присел на стул и, зыркнув на Ерожина злым взглядом, уставился на свои ботинки. Ничего хорошего от визита в милицию парень не ждал и не очень пытался это скрыть.

Ерожин поблагодарил Мухобад и, подмигнув, дал понять, что оценил ее оперативность.

Мухобад ответила благодарной улыбкой. Белобрысый приезжий подполковник ей нравился.

— Как тебя зовут друзья? — спросил Ерожин девушку.

— Мухой, — ответила Мухобад и покраснела, как тогда, во дворе дома Вахида.

— Муха, организуй нам чаю, — попросил Ерожин. — Человека от дела оторвали, нужно уважение оказать.

Мухобад ушла, а водитель еще раз зыркнул на Ерожина. Злости в его глазах поубавилось.

— Давай знакомиться, — обратился Ерожин к парню, когда они остались вдвоем.

— Османов Умид, — буркнул водитель."

"— Умид Османович, я приехал из Москвы. У меня исчез друг, узбек. Я хочу помочь его найти живым или мертвым. Вы мне должны подсобить, — доверительно сообщил Ерожин.

Водитель удивленно уставился на начальника, решив, что он шутит. Но, встретившись с серьезным взглядом Петра Григорьевич, глаза отвел:

— Моя при чем? Моя твой другие убивал.

Моя знать ничего не знает.

— А я и не говорю, что ты убивал. Ты вез его дочку. Это было десятого февраля.

Худенькая, высокая. Ты молодой парень, как не запомнить девушку-красавицу? Мне скоро пятьдесят, я и то любую хорошенькую девочку обязательно замечу.

Мухобад принесла чайник, пиалы и, поставив перед мужчинами на стол, исчезла.

— За три месяца столько девушек-бабушек перевезешь, как запомнишь? — покачал головой Умид, отхлебывая из пиалы.

— А ты не спеши.