Восточное наследство

Через минуту Роза вновь объявилась, но уже в новом платьице, причесанная и припудренная, с подведенными глазами.

— У тебя жена настоящая красавица, — похвалил Ерожин хозяйку и вручил ей подарочную коробку. Комплимент был принят вместе с подарком, после чего Роза предложила накрыть стол в саду. Наконец Ерожин сидел под деревом, где черешню можно было доставать простым движением руки, а косточки сплевывать на землю. Хозяйка поставила на стол соломенную вазу с лепешками, чайник с двумя пиалами и скрылась в летнюю кухню, откуда слышалось аппетитное шипение сковородки и лился запах, от которого у изрядно проголодавшегося Ерожина засосало внутри.

— А где дети? — начал Ерожин, понемногу усваивающий местный этикет.

— В кино ушли. Индийский фильм смотрят.

— А сколько их у тебя?

— Трое, младшему четыре года.

— Не рано ли в четыре года на индийские фильмы ходить? Там обычно страсти всякие показывают, — искренне удивился Ерожин.

— Ничего страшного.

Тем временем Роза из кухни бегом вернулась в дом, затем опять на кухню, потом еще раз выбежала в другом направлении, снова вернулась и подала на стол на расписном подносе графин, серебряные рюмочки и тарелочки с красной корейской капустой, маленькими маринованными баклажанами, мелко резаной морковкой и чесноком.

— Я же на работе! — хотел было отказаться Петр Григорьевич, затем махнул рукой и разлил в три рюмки.

— Хозяйка у меня почти не пьет, но одну за уважение к гостю позволит, — улыбнулся Мухтар.

Роза и вправду на минутку подоспела к концу тоста, произнесенного мужем в честь Ерожина, пригубила рюмку и бегом вернулась на кухню.

— Я не видел Вахида больше двадцати лет, — начал Ерожин. — А приехал и узнал…

Я еще его жену застал.

— Райхон? — Мухтар снова разлил себе и Ерожину.

— Райхон. Я и первую его жену знал. Он с ней при мне в русском городе Калинине познакомился.

— Не знаю. Я и Райхон не знал. Я с хозяином сошелся позже. Он меня от тюрьмы спас.

— Как от тюрьмы?

— Ночью ехал, начальника сбил из финотдела. Начальник домой с пьянки шел, еле ноги переставлял. Сам под машину свалился. Но на суде меня никто бы слушать не стал. Здесь начальник всегда прав. Слава богу, выжил. А Вахид-ака уговорил начальника от суда отказаться. Дело прекратили.