Восемь обезьян

— А что делать с этим?

— Выкинь его.

— Это вы обо мне, что ли? — обиделся Митрофан.

Точнее, только хотел обидеться, но не успел, потому что дверца кареты распахнулась и он вылетел на мостовую.

Городовой Ерофеев, который нес дежурство в Апраксином переулке, увидел, как из большой черной кареты выкинули человека. Карета и до того показалась ему какой-то странной — уж больно тихо и плавно катила она по мостовой.

Ерофеев засвистел в свой свисток и побежал за подозрительной каретой, придерживая саблю. Сабля у него была неудобная, на бегу она всегда колотила Ерофеева по ноге, но с этим уж ничего не поделаешь.

Однако непорядок.

Городовой снова проследил взглядом за черной каретой, но тут увидел нечто вовсе несообразное.

Карета эта мало того что катила по мостовой бесшумно, теперь она и вовсе оторвалась от мостовой и летела по воздуху, все быстрее и быстрее, пока не растаяла в ночном небе над крышами.

Городовой попятился, перекрестился и подумал, что больше не будет пить в заведении Николая Парфеныча. Неизвестно, что старый барыга в водку подмешивает.

Возвращаясь домой, Надежда думала: «Ну, наконец все осталось позади! Можно забыть о злополучных обезьянах, старинных монетах и таинственных незнакомцах. Теперь нужно взяться за ум, навести дома порядок, приготовить к приходу мужа вкусный обед и вообще стать примерной женой…»

«Давно бы так! — прозвучал ее внутренний голос.

"Не поддаваясь на эту провокацию, Надежда открыла дверь в квартиру, вошла в прихожую и сразу же почувствовала смутное беспокойство.

Кота в прихожей не было.

В этом еще не было ничего особенного — Бейсик не всегда встречал ее, иногда он наблюдал с подоконника за птичками и так увлекался этим зрелищем, что забывал обо всем на свете.

Но интуиция подсказывала Надежде, что на этот раз все не так просто.

И действительно, сделав несколько шагов по коридору, она увидела, что дверь мужнина кабинета приоткрыта.

Уходя из дома, Надежда всегда плотно закрывала эту дверь, потому что если Бейсик проникал в кабинет, он устраивал там самый настоящий погром. Почему он так поступал с упорством, достойным лучшего применения, Надежда не знала, но факт был налицо, и если она не успевала навести в кабинете порядок до прихода мужа, то ей изрядно попадало.