Волчья песнь

Ты должна доверять мне. Я никогда и никому не позволю навредить тебе. Всегда буду тебя защищать. Оберегать.

Теперь мама плакала.

— Окс…

— Ты доверяешь мне? — спросил я.

— Да. Да. Да. Конечно, — тихонько всхлипывая, ответила она.

— Мы никогда и не нуждались в нем. Мы выжили.

— Выжили? Выжили?

Взяв за руку, я подтянул ее к себе. Положил руки на ее плечи. Подвел к двери. На улице было холодно, поэтому я придвинулся ближе. Мне было теплее, чем ей.

— Не бойся, — сказал я. — Ничего не бойся.

Мама посмотрела на меня, в ее глазах отражалось так много вопросов.

Поэтому я глянул в ночное небо, запрокинув голову.

И запел."

"У меня получалось не так хорошо, как у волков. И никогда не получится, потому что независимо от того, кем я являлся, это было ближе к человеку, чем к чему-либо другому. Так сказал Томас, когда обучал меня в глубине леса. Но он был сильным, этот вой, даже когда мой голос оборвался. Я вложил в него все, что смог. Фиолетовый гнев. Синюю грусть. Зеленое облегчение, гребаное зеленое облегчение от того, что его не стало, не стало, не стало, и мне больше никогда не придется думать о нем вновь.

Я вложил все в эту песню.

И еще до того, как эхо затихло среди деревьев, из дома в конце переулка донесся ответный вой.

Джо.

Затем другой. Картер.

И Келли. Марк. Элизабет.

Томас был громче всех. Зов Альфы.

Они услышали мою песнь и пели мне в ответ.

— О боже мой, — прошептала мама и сильнее прижалась ко мне.

Вдалеке раздался шум. Топот лап с когтями по покрытым инеем листьям.

Фиолетовый был гневом.

Синий — грустью.

Зеленый — облегчением.

Из-за деревьев показались оранжевые вспышки. Мерцание красного. Знакомые цвета семьи и дома.

Я мог слышать их в себе, и они говорили: «мы здесь БратСынДругЛюбовь. мы здесь мы стая мы твои и ничто не изменит этого».

Мама всхлипывала, прижимаясь ко мне. Она вся дрожала.

— Они никогда не навредят тебе.

— Откуда ты знаешь? — спросила она, затаив дыхание.

— Потому что мы — стая. — Я отстранился, нежно шикая, когда она попыталась прижаться ко мне ближе. — Все хорошо, — заверил я. — Все хорошо.

Я не отводил от нее взгляд. Медленно спустился по ступенькам крыльца, чтобы не поскользнуться на льду. Мое дыхание разлеталось вокруг меня белыми клубами.