Дульсинея и Тобольцев, или Пятнадцать правил автостопа

Ваня не мог понять причины такого волнения, и пытался отвлечь какими-то веселыми репликами. Выходило не очень, и он с Дуней за компанию облегченно выдохнул, когда машина притормозила перед дверями ресторана и показалась знакомая фигура Никодима.

И только в зале, обнимая и поздравляя именинника, Иван вдруг сообразил о причине Дуниного смятения. Ее по какой-то причине пугала встреча с Ростиславом и Тихоном. Странно. Ведь они видятся уже не в первый раз, и его друзья прекрасно относятся к Дуне. Или он чего-то не понимает?

- Думаю, вас знакомить не надо, - Тобольцев отошел в сторону и повернулся к Дуняше, которая стояла за его спиной.

- С днем рожденья, Ростислав Игоревич, - чинно произнесла царица.

Но «чинно» с Росей редко прокатывало. И он тут же заявил, что на «Игоревича» откликаться не желает, а желает поцелуй в щечку от Дуни на правах именинника. Что ж - получил под общий смех. А потом Тихий, все еще посмеиваясь, добавил:- Ваня, ты за ним присматривай, для этого продажного адвоката ничего святого нет.

- Ничего подобного! - тут же возмутился «продажный».

- Варвара Глебовна для меня святое!

Варя Тихая звонко расхохоталась. А ее муж хмыкнул.

- Ну вот считай, что и Евдокия тоже... святая.

- Давайте уже садиться за стол, - скомандовала Варвара. - Пока нас с Евдокией еще и к великомученицам не причислили.Право проводить Дуню до места Ваня уступил Тихону. И, отодвигая стул перед Варварой, услышал Тиново негромкое:- Очень рад снова видеть вас, Дуня.

Когда сел с ней рядом, понял, что она наконец-то перестала нервничать.

А окончательно убедился, когда вышли на танцпол. Мелодия простенькая, ноги двигаются сами, и Ване остается один сплошной кайф - ее запах, изгиб спины под ладонью и всем телом ощущаемое чувство удовольствия, которое испытывает Дуня, танцуя с ним. Их прошлый танец был болью, этот же - простое счастье обнимать друг друга под музыку. Но почему-то даже этот незамысловатый танец сорвал у его друзей бурю оваций.

Дуня была счастлива. К дню рождения Ракитянского она отнеслась очень серьезно.

После той летней истории с Благородовым, после сцены с Ваней на открытии «госТИНцев» сложилось много щекотливых, волнующих ее моментов. И вопросов. Как примут? Что скажут? Не станет ли она чужой и лишней, являясь случайной свидетельницей того, о чем люди предпочитают быстро забыть? Но все страхи оказались напрасными. Дуняше были рады. Искренне. И вечер прошел замечательно.

А в ноябре Ваня снова уехал во Владимир - на свою первую персональную фотовыставку.