Дульсинея и Тобольцев, или Пятнадцать правил автостопа

В наступившей паузе всхрюк Тихона Тихого услышался очень отчетливо. Несмотря на то, что Тин стыдливо прикрылся клетчатым носовым платком размером со скатерть- Не переживайте, Дуня, - Тихий высунулся из-под платка - Ей никто не нравится из числа Ваниных друзей. По крайней мере, в этом вы будете не одиноки. А в компании меня и Ракитянского. А мы не самые плохие люди.

Иван смог только усмехнутся. Он давно привык к тому, что его дражайшая матушка производит на окружающих зачастую даже навороченным утюгом с функцией вертикального отпаривания неизгладимое впечатление.

- Вы просто не знаете к ней подход! - и этим стоит ограничиться. Есть масса более интересных тем для разговора. И одна из них лежала прямо перед носом Ивана. - Кстати, Дуня, раз уж ты здесь... - Ваня подпихнул в сторону Евдокии каталог. - Предлагаю Тину сюда разместиться на текущий сезон. Что скажешь? Нравится?

Тихий демонстративно и томно обмахивался носовым платком, пока Дуня рассеянно листала «Москва.

Твой город. В фокусе». А Иван не сводил с нее напряженного - с чего бы, казалось? - взгляда. И поэтому сразу заметил, как порозовели ее щеки. Да что там такого на этих обычных глянцевых страницах?!

- Вообще-то, я не должна была снимать трубку, - Дуня явно отвечала не на вопрос, а на собственные мысли. - Я знаю. Но у меня было совещание. Важное. Как раз по вопросу Тихона Аристарховича, - Тихий из-под платка закивал с самым серьезным видом. - А телефон все звонил и звонил.

Я пару раз скинула номер, потом поставила на виброзвонок. Не помогло. Вот я и решила сказать, что тебя нет, и... и даже записала нужную информацию. - Она неловко как-то полезла в сумочку и достала оттуда листок бумаги. - Вот! Держи. - И добавила еще более неловко. - В общем, прости.Ее смущение... извинения... Все это было таким... Теплым каким-то. Ваня вполне мог себе представить, что способна выдать по телефону Ида Ивановна Тобольцева. Да все, что угодно. И от этого Дунина реакция была такой особо... умилительной что ли.

- Дуня! - Тобольцев старательно и артистически округлил глаза. - То, что ты не выбросила телефон после общения с моей мамой - уже чудо. Тебе не за что извиняться. Так... - раз уж Дуня не поленилась записать информацию, то стоило уделить ей внимание, и Тобольцев развернул листок бумаги. Юрий Валентинович, его первый учитель мастерству в фотокружке. Ладно, потом перезвонит матери.