В плену бандита

Делаю всего несколько шагов и, застыв посреди кафе, оглядываюсь по сторонам. Милены не вижу, но одна девушка, в огромной соломиной шляпе и чёрных очках, украдкой махнула мне рукой, подзывая к себе.

Я присматриваюсь к ней и…не узнаю ничего общего с моей сестрой. Милена была шатенкой, с длинными вьющимися волосами, и с красивым овалом лица. А у этой… щёки запавшие, волосы длинные, каштановые, но теперь в них пробиваются белые пряди окрашенных локонов, и плюс ко всему, она была одета в какое-то безразмерное платье длиной в пол, пестрого цвета.

Подхожу ближе к девушке, уже расстроенная, поскольку думала, что у Милены как всегда изменились планы, и она просто послала одну из своих подруг, предупредить меня, что её не будет. Но когда я поравнялась рядом с ней, и девушка медленно избавилась от очков, я застыла с открытым ртом, не в силах вымолвить ни слова.

— Привет Рокси, — тихо говорит МОЯ сестра, опасливо оглядываясь по сторонам.

— Милена…

— Да, это я, — говорит она, горько улыбнувшись.

А я не могу сдержать слёз. Мнусь на месте и не знаю с чего начать, что спросить. Что с ней стало?!!

— Обнимемся? — тихо спрашиваю, приближаясь, и она медленно поднимается с места, придерживая огромный живот в котором явно находилась целая тройня. — О. Мой. Бог! — вырывается у меня, и я с ужасом смотрю на этот огромный, выпуклый шар. — Ты…? — продолжаю и запинаюсь, у меня просто нет слов.

— Да, я беременна, — говорит она, неуклюже обнимая меня.

— Как давно? То есть…

— День-два и ребёнок появится на свет, — обрывает она, ещё больше меня шокируя.

— Почему, ты раньше мне ничего не сказала? — спрашиваю, продолжая стоять на месте, когда Милена устало, опускается обратно на стул. — Мы столько раз говорили! Ты всегда утверждала, что у тебя всё хорошо, что ты счастлива и живёшь со своим любимым парнем. Он что…бросил тебя с ребёнком? — вдруг одолевает меня, ужасное предположение.

— Сядь, пожалуйста, и не кричи, — вдруг просит она, вновь скрывая лицо, за солнцезащитными очками.

— Что происходит? Кого ты боишься? — спрашиваю, присаживаясь на стул, рядом с ней.

— Для этого я тебя и позвала, — говорит она, и я замечаю, как дрожат её руки.

— Я слушаю тебя, — подбадриваю, на мгновение, задержав дыхание.

Я чувствовала страх и волнение Милены настолько сильно, что в груди с болью сдавило. Как предупреждение…

— Не было никакого Парижа.