В плену бандита

 — Тебе не кажется, что Егор не совсем правильно определил наши отношения…?

— Ты уже собралась? — обрывает он меня, вновь прижимая к себе, и я настороженно киваю. — Мне нужен адрес места встречи и время, мои ребята поедут первыми проверят территорию и займут позицию.

— Кафе «Созвездие» в семь! — отвечаю.

— Тогда перекусим вместе и поедем, — говорит он, не отрывая потемневшего взгляда от моих губ.

Конечно, я получила разрядку, а он нет. Представляю как ему сейчас.

— Спасибо, — тихо говорю.

— А ты и не думай, — говорит он, легонько поцеловав меня в губы, — об этом подумаю — я…

И всё!

На этом наш разговор был завершён. Он совсем не давал мне возможности одуматься, постоянно исправлял, обрывал, делал по-своему. Иногда, это так раздражало, а с другой стороны…мне этого так не хватало. Чтобы все сомнения, недопонимания — прочь, одним твёрдым словом. Чтобы был такой, за которым как за каменной стеной и ни за что не переживать.

Но из этого всего возникает всего лишь один, главный вопрос: моя ли эта каменная стена? Я не хочу влюбиться и потерять. Какие планы у Макса на счёт меня: повеселится, провести хорошо время, или просто…кровать? А он так легко располагает к себе, привязывает. Знаю, что будет очень больно.

И вроде хочу держаться от него подальше, не пускать слишком глубоко в сердце, но не могу. Не могу слишком долго отказываться и не могу перечить.

А здесь ещё и эта неожиданная беременность!

Я так и не поняла, как Макс относится к детям.

Как по мне, он не семьянин. Не тот, кто мечтает обрести кучку детей, жену. Хотя…он такой непредсказуемый.

А если он и любит детей, или мечтает о своём ребёнке (что маловероятно), тогда как он отреагирует на аборт, когда вдруг, совсем случайно, когда-то узнает, что я была беременна от него.

Впервые размышляю об этом нормально, и ловлю себя на мысли, что задумываюсь о том, какой будет малыш от Максима?

Похожий на него или на меня?

Мальчик или девочка?

Но как бы там не было, ребёнок всё же остаётся моим! Не в зависимости, захочет его Макс или нет! Я мама! А он…ещё кроха, эмбрион, который, может и хочет жить, только я лишаю его возможности выбора.