В плену бандита

Он ищет меня…

— Почему?

— Он не позволял мне уйти, не отпускал, хотя долг был списан…я украла у него деньги, и…, - выдавливает она, тихо разрыдавшись.

— Успокойся, — прошу я, покидая своё место, чтобы обнять сестру. — Тебе нельзя волноваться.

— Я устала, Рокс!!! Я не могу избавиться от него! Он постоянно следует за мной по пятам!!! У меня уже нет денег, чтобы скрываться и жить! А два месяца назад, он меня чуть не поймал!!! — истерически говорит она, и я прижимаю её к себе.

— Тише-тише! — шепчу.

— Он зверь, Рокси! — с ужасом говорит она, отклоняясь. — Бесчувственный, жестокий зверь! В его руках власть, деньги, возможности! Мы не сможем против него пойти. Понимаешь? Рано или поздно, он всё равно найдёт меня и тогда, ты попадёшь под раздачу. Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось по моей вине. Я не допущу этого!!!

— А я не допущу, чтобы случилось что-то с тобой и…моим племянником или племянницей.

— Ты не понимаешь…он животное, и в его руках сила…

— В моих тоже, — говорю, бросая быстрый взгляд на Макса, который сразу поднимается со своего места, и направляется к нам, одновременно одним движением пальца, подзывая своих людей следом за собой.

Милена мгновенно замечает эту надвигающую бурю, и всё её тело напрягается под моими руками. Она перестаёт плакать, в глазах появляется дикий ужас. Но прежде чем я успеваю ей что-то объяснить, успокоить, она резко вскакивает со своего месте и сразу же хватается за живот обеими руками, сгибаясь пополам.

— Пожалуйста, не отдавай ему моего малыша, — просит она жалобно.

— Всё нормально. Успокойся. Это мой Макс, — быстро говорю, поддерживая сестру. — Всё будет хорошо.

Он нас не обидит.

— Ребёнок…я, кажется, рожаю, — прерывисто выдыхает Милена.

— Дыши! — кричу, с ужасом оглядываясь по сторонам.

— Не надо скорую! — обрывает меня сестра, вцепившись ногтями в моё предплечье. — Он узнает, заберёт малыша. Прошу…

— Что происходит? — спрашивает подошедший Макс, и я бросаюсь к нему, как к единой надежде.

— Макс, пожалуйста, помоги ей! Она рожает, но в больницу нельзя, — схватив его за руку, чуть ли не умоляю я, когда он смотрит на меня с твёрдым спокойствием, пытаясь понять, что случилось.