Цербер для непокорной

– Я прикупил все необходимое на первое время, но надеюсь, что оно не затянется, – произносит странным подрагивающим голосом Галаев, не отрывая своего взгляда от Дины.

А та не видит всей этой красоты и посапывает во сне, причмокивая губками. Я же с благодарностью смотрю на мужчину и быстро отворачиваюсь, когда ловлю в ответ его сияющий взгляд. Отчего–то мне безумно неловко, и я никак не могу успокоить свое колотящееся сердце.

– Дай мне ее, а сама устраивайся пока, – шепчет Фарид, а затем тянет руки к дочери.

Я отдаю ее уверенно, а затем со стороны наблюдаю, как он с ней о чем–то воркует, и со странным чувством понимаю, что он ее действительно любит. Я до сих пор не могу в это поверить.

– Уже приехали, – появляется на пороге спальни Богдан и невеселым взглядом смотрит на Галаева, который окидывает его лишь холодным взором, а затем снова возвращает все свое внимание к дочке.

– Ага, только что, – сонно зеваю, а затем, услышав похныкивания дочки, тяну к ней руки.

В этот раз Фарид не настаивает, чтобы присутствовать во время кормления, а, кивнув Богдану, удаляется вместе с ним.

Предчувствую, что их ожидает серьезный разговор, так что все то время, пока дочь есть, не могу расслабиться, а все думаю, о чем же они говорят. Тревожно за брата. Так что вскоре укладываю заснувшую дочку на кровать, ставлю со всех сторон подушки на всякий случай, хотя она еще маленькая, чтобы даже переворачиваться, но материнское сердце требует этого. И только потом на цыпочках выхожу из комнаты и спускаюсь вниз. А там на диване сидит один Галаев, ни следа брата. Мужчина откинулся головой на спинку и лежит, прикрыв глаза и отдыхая.

– Где брат? – спрашиваю у него и присаживаюсь рядом, заглядываю в его лицо, уверенная, что он не спит.

– Уехал по делам, – пожимает плечами и открывает глаза, глядя на меня своими черными омутами.

Я прокашливаюсь, отвожу взгляд, мну рубашку, не зная, как начать разговор. Но страх подстегивает, так что я первой начинаю говорить.

– Он ни в чем не виноват. Не выдавай его своему брату, – прошу, умоляюще глядя на него.

Фарид же наклоняет голову набок и смотрит на меня изучающим внимательным взглядом.

– Ты дашь нам шанс? – спрашивает в ответ.

Воцаряется тишина. Только взгляд глаза в глаза.

– Если дам, не выдашь? – спрашиваю, уже прочитав все в его глазах.

– Забуду, что видел его, – улыбается как–то грустно мужчина, я же прикрываю глаза и тяжело и прерывисто дышу.