Трое из Леса. Вторая трилогия

 – За тем ли летим?

Мрак с яростью смотрел на последнего из Змеев. Их оставалось только добить, мстя за недавний страх и унижение, когда бросались из стороны в сторону, избегая длинных копий.

– Черт, – сказал он с ненавистью, – ладно… Пусть живут, твари.

А Таргитай невесело крикнул Мраку на ухо:

– Как все-таки несправедливо!

– Что? – огрызнулся Мрак.

– Мир несправедлив!

– Только сейчас заметил?

– Ага. Змеи летели целой стаей, только поздоровались… Я сам видел, здоровались! Они вот так крыльями делают… А хвостом вот так… Правда, Мрак.

– Я не трус, я осторожный, – возразил Олег.

– Трус, – сказал Таргитай убежденно.

Мрак поморщился:

– Перестаньте! Оба правы.

– Как это?

– Если трусишь ты, то это осторожность, если другой – то трусость. Тарх прав… по-своему. Он уже научился задницей дышать, молодец! Теперь не надо ему только давать садиться на пеньки…

Таргитай ничего не понял, но Мрак говорил ласково, доброжелательно, и Таргитай тоже заулыбался, свесился набок, начал смотреть вниз, ибо Змей начал быстро снижаться.

Олег не оборачивался, они видели его сгорбленную спину. Обруч с головы сорвало, красные волосы трепало ветром, и казалось, что голова волхва объята пламенем.

Зеленые холмы приблизились, между ними появились долины, где желтые нити дорог извивались странно и нелепо, вроде бы ничего не огибая, но удлиняя путь втрое-вчетверо. На краю видимости показалась широкая река, но Олег направил Змея еще ниже, река исчезла за виднокраем, деревья укрупнились, можно было различить каждое в отдельности, потом даже ветки.

Мрак бросил Таргитаю:

– Потерпи, сейчас Олег начнет тебя лечить.

– Может, не надо? – попросил Таргитай жалобно. – Скажем, что это я головой о шип ударился.

– Не любишь волхвование, – укорил Мрак. – Надо же ему на ком-то учиться?.. Не на людях же…

Таргитай воскликнул чуть ли не в слезах:

– Не на людях? А я кто?

Мрак сказал с таким злорадством, что удивился сам:

– Ты нынче бог.

Змей плюхнулся с такой силой, что лапы подломились. Он проехал по земле мордой, вспахивая как плугом, нагнал рылом целый холмик. Бока тяжело и часто раздувались, плиты на спине приподнимало, терлись одна о другую и противно скрипели. Сильно пахло рыбой, внутри Змея хрипело и хлюпало.

Олег слез последним, хлопнул зверя по морде:

– Все. Свободен.