Трое

Хочу обхватить его рукой, но Руслан не позволяет, давая понять, что хочет, чтобы я все делала ртом. По тому, как член подрагивает и напрягается с каждым новым движением, я знаю, что ему нравится, и это посылает новую дозу возбуждения мне в мозг. Может быть что-то более порочным или неправильным, чем это? Когда в моем теле находятся два мужчины одновременно.

— Шлюха моя, — глухо произносит Мирон, резко выходя из меня. На смену члену приходит проникновение пальцев, он несколько раз скручивает их внутри, заставляя охнуть и выгнуться, вытащив, размазывает влагу между ягодиц.

Показывает мне, насколько сильно мое возбуждение.

— Я знал, что тебе понравится, — долетает до меня одновременно с тем, как его член вновь погружается в меня и начинает двигаться, увеличивая темп.

Я больше не могу управлять своим телом, не могу думать. Задыхаясь от эмоций и остроты ощущений, закрываю глаза и сдавленно мычу. Горячие пальцы Руслана сжимаются на моем подбородке и тянут голову вверх. Я слишком потеряна и дезориентирована, чтобы продолжать делать ему минет, поэтому он начинает двигаться сам.

Трахает мой рот также, как в ту же секунду делает Мирон. Я перестаю понимать, что происходит, мир дрожит и рассыпается у меня на глазах. Давление внутри достигает максимума, и сквозь вспышки огней перед глазами, до меня долетает глухая брань. Движения Мирона замедляются, становятся сбивчивыми и совсем стихают. По внутренней поверхности бедра стекает его сперма, выталкиваемая моим собственным оргазмом.

Невидящим взглядом я смотрю на Руслана: его скулы напряжены, в глазах зияет черная пропасть.

В этот момент я знаю, что он близко.

— Рус. — Предупредительно звучит сзади.

Руслан сжимает челюсть, резко выходит из меня и, сдавив член рукой, быстро водит по нему. Сперма сочится у него между пальцев, стекает по запястью, капая на пол. Часть ее я ощущаю у себя во рту. Пока мой мозг судорожно мечется в поисках решения, ладонь Руслана ложится на мою шею, словно хочет погладить. В ушах беззвучным приказом звучит: «Глотай», после чего его пальцы коротко и сильно сдавливают горло.

От неожиданности губы распахиваются, и я машинально сглатываю, ощущая терпкий вкус в гортани. Откуда-то я знаю, что этого эпизода Мирон не увидел. Руки перестают меня держать, и я обессиленно падаю на кровать и на несколько секунд выпадаю из реальности.

Прикосновение губ Мирона к моей пояснице, низкая вибрацию мужского разговора, смысл которой никак не хочет проникнуть в мое потрясенное сознание.