Тигровый, черный, золотой

«Занятная пара», «любопытные личности», «крайне странные типы»… Стоило собраться двум-трем членам союза, и непременно в разговоре всплывали эти двое. Они, кажется, успели перезнакомиться со всеми.

Рената слушала и злилась, не показывая вида.

Это она должна была знать обо всем и обо всех! Но из-за ее решения ни в чем не идти навстречу Бурмистрову и Ясинскому встречи с сыщиками не вышло. Они, что обидно, не настаивали. Вежливый юноша, разговаривавший с ней, принял отказ бесстрастно. А ведь она – один из самых ценных членов союза! О каком профессионализме этих частных детективов можно говорить, если они не сумели даже найти к ней подход!

И потом, она знала достоверно, что этим деятелям в основном приходится вынюхивать следы измен по чужим постелям.

Фу, какая гадость!"

"Однако во всех кружках давно уже обсуждали не кражу картин, а самих сыщиков. Юханцева оказалась на обочине сплетен. Диаметрально противоположные отклики вызвал один из детективов – тот самый, что говорил с ней по телефону. Ренату не на шутку разобрало любопытство, когда она за один день услышала от Бориса Касатого, что это мелкий глуповатый юнец, а от Голубцовой – что красавчик каких поискать.

«Так бы и затискала!» – выразилась Наталья.

Интерес Юханцевой отчасти носил профессиональный характер. Что за типаж мужчины, о котором складываются настолько разные впечатления? «Должно быть, пластичная внешность, – рассуждала она. – При его роде деятельности – это очень полезно».

Вот почему Рената сама позвонила Макару Илюшину и царственно сообщила, что готова к встрече.

В свой любимый ресторан она приехала заранее. К тому времени, когда сыщики вошли в дверь, Рената, как и подобает элегантной женщине, потягивала коктейль и, словно птичка, клевала пирожное. О том, что птичка до этого плотно пообедала бифштексом, никому знать было не обязательно.

Первые минуты Рената изумлялась всеобщей слепоте. Кого обсуждали идиоты-живописцы! Они что, не видели этого Сергея? Оо, какой рост! Какая мускулатура! Взгляд исподлобья, перебитый нос.

По привычке избалованной женщины, ведущей себя как невоспитанный ребенок и полагающей это милым, Рената словно невзначай протянула руку:

– Ах, какой у вас чудный «ежик»! Не возражаете?..

Она провела ладонью по жесткой короткой щетине и поймала себя на том, что это ощущение будоражит.