Тайна старого кладбища

– Слушайте! – взмолилась Маша. – Не пойдем лесом. Иначе Димка нас изведет. Да и мне тоже не очень хочется.

Друзья направились к шлагбауму. Проходя мимо сторожки, они никого не заметили. Ни Степаныча. Ни Денисовны. Ни Люськи.

– Куда они делись? – миновав «опасную зону», проговорил Дима.

– У них, вероятно, вечерний забег, – усмехнулась Маша.

– Именно, – подхватила Настя. – Во вкус вошли.

Ребята уже собрались расходиться на ужин, когда прибежала запыхавшаяся Кузнецова. Лицо ее сияло.

– Вот, Петруша! – к большому неудовольствию Насти, вручила она тетрадь лично Командору.

– Как знать, – не удержалась Настя.

– К тебе, между прочим, не обращались, – злобно посмотрела на нее Люська.

– Перестаньте! – прикрикнул Петька.

Он перелистал тетрадь. К его великому изумлению, она была полностью исписана мелким убористым почерком.

– Неужели Степаныч со столькими встретился? – спросил Петька у Люськи.

– Я-то чем виновата? – ответила та. – Он с дачи на дачу шастал. А у одних Костюковских пятнадцать человек. Я даже не всех знаю по имени.

– Ясно, – кивнул Командор. – Замечательная работа. Мы ее завтра утром проанализируем. А ты, – строго взглянул он на Люсю, – с одиннадцати до часу не упускай Степаныча из вида.

– Будь спокоен, – заверила та. – Ему никуда от меня не уйти.

– А сейчас все ужинать, – скомандовал Петька…

На другой день в половине двенадцатого вся компания, укрывшись возле фамильного склепа князей Борских, пристально наблюдала за памятником.

– Во старается, – прошептал Вова. – Видно, кто– то из бывших поклонников Голубки отстегнул ему сумму.

– Вы лучше скажите, где Людовна? – спросил Дима.

– А ты уверен, что она именно на двенадцать договорилась? – повернулся к нему Командор.

– В этом-то я совершенно уверен, – сказал Дима. – Только двенадцать и ночью бывает.

– Тут ты совершенно прав, – улыбнулся Петька.

– Да вы что? – воскликнула Настя. – Людовна никогда не пойдет ночью на кладбище.

– Жизнь заставит, и ты пойдешь, – назидательно произнес Дима.

– Тем более, если Людовна целой бандой ворочает, – подхватил Петька.