Тайна старого кладбища

– Еще, какой пренциндент!

– Прецедент, – автоматически поправила ее Анна Константиновна. – Но я не о том. Вполне вероятно, что у Ивана Степановича были на этом празднике какие-то дела.

– Дела у него! – возмутилась Денисовна. – Клубника не собрана! Огурцы не прополоты, а он, значит, в город намылился! И мне ничего не сказал.

Раздался телефонный звонок. Бабушка взяла трубку.

– Да, да, Иван Степанович. Надежда Денисовна у меня, – донеслось до близнецов. – Хорошо. Я ей передам.

Анна Константиновна повесила трубку."

"– Вот видите, Надежда Денисовна.

– Сейчас он у меня еще больше забеспокоится! – вскричала Денисовна.

Близнецы едва успели отпрянуть в сторону. Дверь распахнулась. Денисовна вихрем промчалась в переднюю и вылетела на улицу.

– За ней, – скомандовала Маша.

Чтобы не попасться на глаза бабушке, брат и сестра вылезли в открытое окно кухни.

– Дмитрий! Мария! – послышался из дома голос Анны Константиновны. – Вы поели?

– Как же, – проворчал Дима, спеша вслед за Денисовной.

– Зато, по-моему, мы сейчас будем свидетелями драмы века, – усмехнулась Маша.

Тучная Надежда Денисовна, пыхтя, как паровоз, неслась к цели. Пергидролевый ее перманент растрепался. Но ей сейчас не было никакого дела до внешнего вида. И вообще до окружающих. Иначе бы она непременно заметила близнецов.

Вот и шлагбаум. Иван Степанович поджидал супругу возле калитки.

– Ходишь где-то, а тут непорядок, – принялся выговаривать он.

– Я вот тебе сейчас дам «не хочу»! – подбоченившись, крикнула Надежда Денисовна.

Близнецы, юркнув в придорожные кусты, с нетерпением ждали, что последует дальше. Степаныч под взглядом верной супруги немедленно сник.

– Значит, говоришь, непорядок? – громко осведомилась Денисовна.

– Ну, непорядок вообще-то временный, – примиряюще отвечал Степаныч.

– Временный? – явно вкладывая в это слово какой-то свой смысл, переспросила супруга. И не в силах сдерживаться, пошла в лобовую атаку: – А ну, отвечай, где шлялся?

– В Мо… Москве, – неожиданно жалким голосом пролепетал бывший заслуженный работник органов правопорядка.

– А кто тебе разрешил? – усилила натиск Денисовна.

– Дела позвали, – еще тише ответил Степаныч.

– Ах, дела! – заверещала Надежда Денисовна. – Это, какие такие дела у тебя в Москве, о которых жену в известность не ставишь?

– Сугубо в интересах следствия, – пятясь к дому, хрипло проговорил Степаныч.