Сво(бо)дные

Плохой тебе пример подал с этими разводами бесконечными…

— Пап, все окей. Забудь.

— Или вы поссорились и она из за этого решила приехать?

Я удивленно смотрю на отца.

— Чего? Куда приехать?

Он приподнимает в ответ бровь.

— Ну, в Россию. Она вчера мне звонила, говорила, что соскучилась и в гости едет. Ты что, не знал? Крис?

Твоюууу мать. Я в шоке пялюсь на стену за спиной отца, чувствуя, как меня внутри заполняет мрачная и обреченная злоба. Вот такой охренительный фортель выкинула эта сука.

— Да нет… — медленно произношу я, понимая, что если приедет Лана, то наши отношения с Оксаной осложняется не только тем, что мы можем стать родственниками, — просто из головы вылетело.

Отец хмыкает, разворачивается и хватается за ручку двери. Я слышу его тихий голос:

— Крис, несмотря на то, что ты мой сын, если попробуешь обидеть Лану — я встану на ее сторону.

Он открывает дверь и уходит, здорово так хлопнув ею об косяк.

Дьявол. Я обреченно закрываю лицо ладонями, выдохнув сквозь зубы. Иногда у меня мелькает мысль, что прикопать эту дрянь и отсидеть будет проще. Особенно сейчас я думаю, что это будет самым лучшим выходом из ситуации.

Дверь неожиданно открывается, бахнув меня по спине. Я поворачиваю голову.

— Он ушел? — шепчет она.

— Ушел. Дай номер своей карты, нимфа. Я скину тебе на адвоката, — произношу медленно я, глядя в ее огромные глаза, которые притягивают меня, как самый сильный магнит в мире.

— Записывай, — пожимает плечами нимфа.

Она крадется к своей сумочке, откуда достает карту, а я отыскиваю свой телефон и забиваю под ее диктовку кучу цифр.

— Мне нужно уехать ненадолго, дорогая алкоголичка. Не шали тут без меня, — хмыкаю я, заходя в онлайн-банк и рассматривая сумму на счету.

— Куда? — интересуется Оксана, и я смотрю на нее, изогнув бровь. Она тут же тушуется, откашлявшись. — Ммм… прости. Не мое дело. Просто подумала — нужна ли тебе будет помощь с мебелью.

— Нет, — произношу я, направляясь в комнату, — не нужна.

Другая помощь мне сейчас нужна, Оксана. Поэтому я звоню Максу, одеваясь одной рукой и слушая протяжные гудки.

Глава 27.