Святоша

И ничего больше! Если что-то пойдет не так…

– Не мешайся под ногами, Вайрис! – недовольным голосом приказал некромант.

Он тут же начал работать. Лицо изменилось, посерело, стало еще более худым, будто погружение в темные потоки высасывало из него жизненные соки. Кинжалы… Воткнул в кладбищенскую землю один, второй. Ритуальные чаши, в которые бросил что-то… Я не знала, что именно, но тут прозвучали слова заклинания, и вокруг нас закрутились тяжелые, глубокие темные потоки.

– Лайне, все будет хорошо, – произнес молчаливый лорд Дьез.

 – Отойдемте в сторону! Когда понадобитесь, Шаррез вас позовет."

"Светлый маг попытался меня обнять, но я не далась. Ушла, опустилась на землю рядом с могилой магини Сивиссы. Но вместо наставницы возвращалась в мыслях к дяде Никласу. Он был похоронен не здесь, а в месте, где проводил долгие часы в размышлениях и молитвах, где остановил чуму, отдав свои силы этой земле. Закрыла глаза, вспоминая его. Нет, не молилась. Молитвы – не лучшее времяпрепровождение, когда господин некромант неподалеку – в черной мантии и с казавшимися в заходящем свете черными глазами – все сильнее скатывался в отвратительное настроение.

Порывы ветра подхватывали замысловатые ругательства, лившиеся изо рта мага. Кажется, все шло не совсем так, как он хотел. Лорд Дьез, замерший неподалеку, философски пожал плечами. Я же уставилась на касавшееся верхушек деревьев солнце. Еще немного, и совсем стемнеет, и это место перейдет во власть бога смерти. Ди-Рез советовала не шутить с низким Планом, держаться подальше от мира мертвых.

Где она сейчас? Я надеялась, что укрылась в одной из лесных сторожек.

– Лайне! – раздался рык магистра, и я подскочила.

– Да, магистр Шаррез! – отозвалася я, подходя к могиле отца.

Магистр посмотрел на меня сумрачным взглядом.

– Мне кто-то или что-то мешает. Читала молитвы?

Я покачала головой.

– Нет.

– Не могу понять… Он не приходят на Призыв. Что-то здесь не так! – маг заметался по кладбищу. – Мертвецы ведут себя ниже воды, тише травы.

Со стороны он походил на встревоженного ворона.

Широкая мантия – крылья, худой нос магистра – клюв. Остановился, замер. Затем острие магического кинжала вновь разрезало воздух, начертав руну призыва. Вспыхнули, загорелись буквы. Маг застыл, но я видела, как шевелились его губы, когда он произнес слова заклинания. Поднял палец. Повернулся ко мне.

– Здесь никого нет, – произнес он глубокомысленно.

– Да, магистр Шаррез, – я подавила нервный смешок. – Здесь все давно уже умерли.