Святоша

Вновь дернул головой, затем спрятал руки в мантии, но я заметила, как сжались в кулаки худые, красивые ладони с длинными пальцами.

– Шатается по свету, иногда посылает весточки. Пару месяцев назад его видели у кочевников.

Кочевники становились друзьями не только Кемира, но и Островного Королевства. Неудивительно, ведь на троне в Хамазе – златоколонной столице – рядом с пышногрудой, черноволосой красавицей – именно такой, о какой и мечтал! – сидел мой брат, победивший в Больших Играх за руку строптивой королевы.

– Но он вернется, – произнес Ильсар Шаррез. – Когда придет срок потребовать обещанное.

Тот разговор состоялся давно, но я до сих пор его вспоминала. Вздохнув, уставившись на воду. Разогнала дымку воспоминаний, коснулась рукой живота. Обещанное… Обещанная… Не она ли, крошечной пульсирующей точкой, поселилась в моем животе?

Шаги. Муж устроился рядом, затем уверенно пересадил к себе на колени.

– Полностью с тобой согласен, Главный Казначей может утомить кого угодно, – с улыбкой произнёс Этар.

Я как раз сбежала с заседания Тайного Совета во время пространной речи лорда Орувела. Вернее, почувствовав приступ дурноты, сказала, что мне надо выйти на свежий воздух.

– Причина не в Орувеле, – улыбаясь, сказала мужу.

– Так что же случилось? Устала?

– Нет же! Кое-что случилось…

Он напрягся. Однажды муж признался, что чуть было не потерял разум от отчаяния, когда я умирала в Долине Излисса. Его страхи отступили, но притаились в потаенном уголке сознания, напоминая о себе приступами тревоги. За меня.

– Случилось именно то, что обычно случается с женщинами Кемира, когда они выходят замуж за мужчин Кемира, – улыбаясь, объявила ему.

Замер, застыл. Лицо ошеломленное. Хорош король Кемира, благо хоть рот не раскрыл от изумления!

– Ну да, с мужчинами Кемира это тоже случается… – протянула я, дожидаясь, когда он придет в себя.

– Лайне…

Сжал меня в своих объятиях, поцеловал. Еще и еще раз. Ну, когда очнулся…

– Люблю тебя, – сказал мне.

– А уж как я тебя! – ответила ему."

"И это небо, и этот ветер, и эта зима, и даже эти цветы – они свидетели, что я говорила правду. Клянусь, это так!

КОНЕЦ"