Святоша

Ну да, он же не знал! А вот я… Я успела сказать Тобиасу Сигреде, что мое сердце давно и навсегда отдано этому высокому, темноволосому, не людского и не драконьего племени…

– Почему ты здесь? – спросил меня шепотом. – Ты ведь должна быть в Заребе!

– Сбежала, – ответила ему миролюбиво. – Неужели не рад меня видеть?

– Рад, – просто сказал мне. – Еще как рад! Но разве…

Демоны прошлого терзали его, не давая покоя, я видела это по его лицу. Он весь измучился. На себя не похож.

– Дракон улетел, – улыбнулась в ответ. Зачем тянуть, когда этот мучительный вопрос висел между нами уйму времени? – Навсегда.

Вернется, но лет так через… Но это ведь так нескоро!

– Но…

– В битве в Долине Излисса я одержала победу. Помнишь, что ты однажды сказал мне? – Плевать, что генералы замерли, даже не дышали, прислушиваясь к нашему разговору. – Что если бы ты был на моем месте, то был бы… Давно был за тобой замужем.

– Помню, – улыбнулся он. – Разве можно такое забыть?

– Если еще не поздно, то… – мало ли, он передумал? – Я согласна.

– Лайне!

– Я согласна, – зажмурилась. – Замуж.

Сказала. Вот!

Пусть не спрашивал сейчас, но он так много раз спрашивал до этого, что…

В палатке выдохнули счастливо, словно это они только что предложили, а я ответила согласием. Заговорили скопом. Генералы, мой дед, мой отец… Кто-то из горцев – лорд Рэнделл, кажется – только вот Этар молчал. Стоял, словно громом пораженный, словно не верил своему счастью.

Неужели засомневался? Ведь у меня вагон и целая тележка приданого.

Наконец, славный сын племени Аров пришел в себя и сделал то, что должен был давно уже сделать. Вышел из ступора, привычным жестом притянул меня к себе и поцеловал. И я поцеловала его в ответ, уже не слушая гул и гомон голосов, поздравляющих будущих королеву и короля Кемира.

Вот и все! Он не передумал!

* * *На следующее утро, сопровождаемые небольшим отрядом прикрытия, мы подъехали к стенам крепости. Поднявшись на стременах, голосом, усиленным магией, я поклялась, что принцесса Лайнизза Кромунд помилует всех, кто сдастся и добровольно выдаст нам Освара Тиринга. Дали на размышление час. Уезжали с опаской, боялись, что в нас прилетит что-то магическое, крайне неприятного, смертоносного свойства.