Стоунхендж

Но я верю, что когда-то сэр Бог в своей великой мудрости решит награждать человека по его личным заслугам, а не деяниям его далеких предков!

Яра спросила тихо:

— Ты все оправдываешься, что не взял мальчика?

Томас вспыхнул, хотел возразить, но внезапно сник, признался:

— А хоть и так. Я жизнью рисковал, кровью полил всю дорогу от Иерусалима до Британии!.. А мне говорят, ты, мол, простых кровей, а этот — благородных. Ему и нести. Я ж не спорю, ежели это был бы сам Иосиф Аримафейский, тот самый, который... А кстати, он что-нибудь достойного свершил, или ему лишь повезло, что в его гробнице захоронили Христа? Ну ладно, это другой разговор.

Я понимаю, как человек становится знатным, но в моей простой рыцарской голове не укладывается, как можно унаследовать знатность! Можно унаследовать землю, замок, деньги, даже рост и ширину плечей, но знатность?

— Однако пророчество, — напомнила Яра. — Если бы ты решился сам везти чашу, без мальчика, то ты выступил бы против самого Божьего повеления!"

"Томас ответил подавленно:

— Сэр калика был прав.

Что-то в нас внутри не позволяет делать одно или не делать другое. Внутри меня рождается другое повеленье, я его считаю тоже Божьим. И если оно противоречит прежнему повелению, которое мне передают люди, будь они священники или епископы... пусть даже повелению, сказанному призраком в ночи, то я выбираю то, что внутри меня. Этот голос не врет.

Сверху топот ног слышался все громче. Ветер над головой выл, свистел. Их бросало от стенки к стенке. Яра начала беспокоиться, кровь отхлынула от щек, глаза стали тревожными.

— Небо затянуло черными тучами!

Томас буркнул:

— Мы в Британии. Здесь другого неба почти не бывает.

— Но ветер уже поднял волны огромные, как горы!

Томас ощутил беспокойство.

— Нам только бури еще недоставало.

Небо с севера заволокло такими черными тучами, что хмурое утро превратилось в сумерки. Ветер посвежел, на тяжелых волнах появились белые гребешки пены.

Когда ветер начал срывать эти гребешки, хозяин судна заорал:

— Убрать парус!

Томас предположил:

— Здесь всегда ветер.

Нам не добраться.

— Идите вниз, — огрызнулся хозяин.

Томас выпрямился с великим достоинством.

— Со мной даже короли разговаривали вежливо...

Хозяин развел руками, в глазах была насмешка.

— Под нами двести футов холодной воды. Король так же хорошо тонет, как и простолюдин. И даже как простая корова.

Томас отрезал с достоинством:

— Рыцари тонут иначе, чем простые коровы!

Он взял Яру за руку, увел с мостика.