Стоунхендж

Есть еще не хотелось, просто надо было чем-то занять себя, но когда нарезал ровные белые ломти и по тесной каюте поплыли густые ароматы старого сала, выдержанного с солью и перцем, в желудке квакнуло, а во рту появилась голодная слюна. На рыжеватых ломтях хлеба белое сало с розовыми прожилками мяса и красными крапинками перца выглядело чересчур соблазнительно. Как-то само собой получилось, что умял почти половину. Яра беспокойно завозилась, затем, избегая смотреть на него, схватила ломоть и вонзила белые зубы.

Аромат свежего хлеба и старого сала стал одуряющим.

Когда остался последний кусок, их руки встретились. Оба отдернули одновременно, уступая друг другу. Посмотрели наконец друг на друга. В глазах Томаса было смущение. Яра рассмеялась:

— Я даже не думала, что проголодалась, как волк!

— Не сердись, — попросил он.

— Да ладно, — сказала она. — Ты прав. Я даже не знаю, почему ты все-таки принял мою помощь. Ведь ты ждешь, что я могу тебя зарезать сонного?

Томас несколько долгих мгновений смотрел в ее колдовские лиловые глаза.

Вдруг бесшабашно махнул рукой, Яра безошибочно узнала жест калики.

— Авось, рука не подымется на такого молодого да красивого... А зарежешь так зарежешь... Меня уже сто раз могли зарезать.

Ее глаза внезапно сузились.

— Тоже женщины?

— Нет, сарацины. Но тоже такие же злые и коварные.

Он говорил беспечно, но глаза оставались грустными. Яра сказала сочувственно:

— Ты все еще.

.. из-за пророчества?

Он огрызнулся:

— Ты все-таки ведьма! Знаешь, куда пырнуть ножом. В свежую рану. Да, я знаю, что сам сэр Бог разделил мир на знатных и незнатных. У него на небе тоже возле трона стоят Силы и Престолы, ниже на ступеньку — херувимы, серафимы, еще ниже — архангелы, а в самом низу — ангелы, что-то вроде челяди на побегушках. Знаю и радуюсь, что родился в замке благородным сэром, а не в хижине простолюдина среди навоза.

.. Но либо я урод среди своих... или это калика на меня так подействовал, но я не понимаю, с какой стати какой-то знатный дурак, дрянь и ничтожество, садится выше меня лишь потому, что его далекий предок хорошо сражался при Ардах, заслужил титул от короля... пусть даже предок был великим человеком, признаю. Но его праправнук, который лезет впереди меня, ничтожество! Да, сэр Бог установил именно такой обычай.