Соль под кожей. Том второй (СИ)

Глава двадцать девятая: Лори

Настоящее

Корзина с цветами, которую приноси курьер, уже пятая за это утро. Точнее, с восьми утра и на сейчас, когда стрелки часов еще не добрались до полудня. Я буквально не могу отделаться от мысли, что теперь моя палата напоминает братскую могилу, в которой по нелепой случайности лежит мое временно живое тело.

Я всю ночь прикидывала и разрабатывала разные варианты, как можно безболезненно избавиться от беременности, но утром все планы (надо сказать — все как один хреновые) разбились вдребезги, когда первый курьер принес цветы и фрукты с запиской от партнера старого борова, в которой меня поздравляли с этим счастливым событием пафосными казенными словами.

Завольский на радостях не стал ждать утра, чтобы растрезвонить на весь мир, что его Андрей все-таки оказался молотком и заделал жене ребенка почти сразу после свадьбы, а он, само собой, скоро станет самым счастливым в мире дедом.

"Когда-нибудь, когда моя жизнь не будет так беспомощно болтаться на волоске, я обязательно расскажу старому борову, что весь этот спектакль он утраивал по ребенку, заделанному совсем не его обожаемым тюфяком, а главным конкурентом и занозой в заднице.

Мне делают УЗИ, чтобы убедиться, что ребенок после моего «неосторожного падения» не пострадал и беременности ничего не угрожает. Ассистентка доктора делает короткое видео с монитора, распечатывает пару фотографий, но на мой вопрос, почему не отдает мне, говорит, что это для Юрия Степановича. Но тут же добавляет, что может сделать копии и для меня, на что я тут же отмахиваюсь, на ходу придумывая небылицу про то, что пока морально не готова к знакомству с сыном.

— Так уверенно сказали, что будет мальчик, — счастливо улыбается медсестра, как будто речь идет о ее собственной беременности.

А я только после ее слов вдруг понимаю, что сморозила. Какой сын? Это просто зародыш, хоть ему, по словам доктора, уже девять недель. Доктор, который делал мне УЗИ, посчитал смешной шутку, что сейчас во мне растет мячик от пинг-понга, но с руками, ногами и зачатками мозжечка. Жаль, что ему нельзя было заткнуть рот.