Соль под кожей. Том второй (СИ)

И тихий гул уже почти безликих слов в моей голове: «Все будет хорошо, солнышко, это просто недоразумение, рассосется».

— Черт, — я отступаю, неловко становлюсь на стопу и едва не падаю.

И Вадим снова очень вовремя приходит на помощь.

— Так, Лори, давай ты просто сядешь, выдохнешь и спокойно все объяснишь.

Его спокойный голос и уверенный синий взгляд действуют успокаивающе. Я, блин, не знаю почему, нов эту минуту уровень доверия к этому мужику так высок, будто мы знакомы три жизни. Он дает мне стакан с соком, я делаю пару глотков и кое-как восстанавливаю дыхание.

Только после этого, собравшись с силами, говорю:

— Александр Гарин — мой отец. Уверяю тебя — он не имеет никакого отношения к махинациям Завольского. Он всегда стоял на пути у этого старого мудака. За что и поплатился. Жизнью.

Я по-детски громко шмыгаю носом."

"— Твой отец. — Вадим озадаченно хмурится. — В смысле, ты…

— В смысле, да. Та самая, которая официально признана утонувшей.

Вадим наверняка слышал об этом. Историю нашей семьи в СМИ мусолили несколько месяцев, даже придумали ей издевательское название в духе Алана По — «Падение дома Гариных».

Тогда на костях моей родителей не нажился только ленивый — снимали ток-шоу с издевательскими расследованиями, экстрасенсы пытались вызывать духов через вещи, которые якобы нам принадлежали. Мне больше всего запомнился сюжет, в котором тетка с дредами и нарисованным на лбу полумесяцем, вызвала якобы моего духа через «те самые кеды», которые нашли на берегу. Конечно же, это были абсолютно другие кеды, еще и на пару размеров больше, а пургу, которую она несла, я выблевывала еще несколько дней.

— Лори, я не знал. — Голос Вадима возвращает меня в реальность.

— Никто не знает. — Я запинаюсь. — Хотя нет, знает. Твоя… Марина в курсе. Мы с ней вместе учились и были подругами. Не самыми лучшими, но, кажется, кроме нее больше никто не знал такое количество моих секретов.

Он снова берет паузу, обдумывает и потом коротко бросает: «Теперь ясно».

Теперь в его голове должен был сложиться пазл, почему я так упорно брыкаюсь.

Можно считать меня кем угодно, но если бы на месте Марины была любая другая женщина, и даже если бы они были официально женаты и проживали вместе — я все равно продолжила бы с ним трахаться. И меня ни за что не мучила бы совесть.

Я немного побаиваюсь, что сейчас наша деловая встреча снова скатится в обсуждение наших несостоявшихся «отношений», но Вадим не делает к этому никаких порывов.